Наследница

Анжела превратилась в машину – глаза остекленели, слух пропал начисто. Единственное, чем она теперь жила, так это цифрой их совместной доли, количество нулей у которой превзошло все ее самые смелые фантазии.

Серьезные люди пропали так же внезапно, как и появились. Куда делись – понять было невозможно, спросить не у кого. Синицын перевел дух и выбил им с Анжелой (в восемьдесят шестом уже приходилось выбивать) путевку за бугор, все еще не веря, что где-то там, в одном из маленьких банков, на счету его невенчанной жены лежит столько денег, сколько они не в состоянии будут истратить в течение всей жизни, – миллион долларов.

Каково же было его удивление, когда вместо одного миллиона они обнаружили на ее счету – пять. Анжела впала в глубокую задумчивость, а Синицын словно протрезвел. Слишком много. Однажды ранним утром или поздним вечером в дверь постучат и скажут, что серьезные люди просят перевести их денежки на такой-то счет в такой-то банк. Вот и все. А после того как они беспрекословно выполнят эту просьбу, его вместе с Анжелой отправят к праотцам.

От таких мыслей очаровательная любовница с каждым часом нравилась ему все меньше и меньше. В конце концов – деньги лежат на ее счету, основную работу сделала она, с нее и спрос. А самому – бежать, бежать сломя голову. Да и кто ее знает, эту Анжелу. Не он к ней подкатился, она – к нему. А не подосланная ли? То-то у нее в глазах тоска убийственная светится. И стал Павел Антонович прокручивать в памяти весь их роман с самого начала.

Мужик он был неглупый, а потому все странные детали, все ее призывы унести в новую, надвигающуюся как катастрофа жизнь сладкий кусок показались ему теперь более чем подозрительными. И день рождения… И остальное… А то, что раньше слеп был, – так держала в женском своем плену, использовала.

Вспомнил и как серьезные люди с ней разговаривали – как со своей. Вспомнил все и невольно отодвинулся. Дура баба – и себя и его от жадности сгубила.

Она почувствовала. Зашептала горячие признания.

Бес попутал, вот и согласилась его соблазнить. Но потом полюбила. Да так горячо, что теперь только он и есть у нее во всей жизни. Доказывать было полезла, но Синицын отстранился, захотел до конца дослушать о деле. Да и про то, что один он у нее на свете, – вранье. Дочка совсем недавно замуж выскочила, Анжела вот-вот бабушкой станет.

Она его за руки – он в сторону, она на колени, он… Хотя куда от настырной бабы в купе уйти. Окрутила, уложила в постель, ублажила.