Бумажные Зеркала

Потом долго думала, потом проверяла, есть ли в конверте деньги и если находила их, то после нехитрого учета, прятала деньги в ведро, накрывала доской и сверху клала гладкий, толстый камень, так что ведро это ничем не отличалась от нескольких подобных с квашеной капустой или малосольными огурцами, хранящимися в подвале. Когда ведро набиралось полным, старуха уносила его, доверяя свои деньги иной судьбе.

Письма же были двух типов, требующие приворота и им противоположные. Иногда кто-то просил у старухи здоровья себе или детям.

Находились и алчные духом, просящие только денег. Старуха отвечала им, имеющим, судя по всему, уже и любовь и здоровье, сухим отказом и вкладывала в письмо какую-нибудь поучительную историю, которыми изобиловала 'Комсомольская правда'. Делясь подобным образом с алчными, старуха прочим адресатам предоставляла отчет, настоянный из трав и ее долгого шепота.

Глава 13

Зиночка была доставлена в больницу скорой помощью и сразу же переведена в отделение инсультников, так как психиатрического отделения в больнице не было.

Лечащий врач определил ее состояние, долго допрашивая, как мании; какие именно он пока не уточнял, давая Зиночке шанс, который сам давно потерял, когда-нибудь да выбраться из этого заведения. Слова, которые она чаще всего выкрикивала воспаленными губами, были: ' телефон, старуха, не могу больше так жить и, почему-то, мэр'. Мэр просидел в ее палате целый час и уехал домой. Но по дороге, домой ехать, передумал. Его водитель бодро зашел в магазин и вышел оттуда с бутылками вина. Мэр грустил, уткнувшись носом, как в детстве, в холодное стекло. Машина кружила несколько часов по одним и тем же улицам, постепенно спугнув горожан, привыкших мечтать на свежем воздухе. Уже стемнело, когда машина остановилась на центральной улице города. Мэр невесело посмотрел на единственный памятник в городе, постучал в дверь. За дверью ответили. На рассвете он вышел оттуда с заведующей ЗАГСом. Перейдя улицу, они вошли в сонное помещение ЗАГСа. Заведующая, стесняясь надеть очки в присутствии мэра, близоруко улыбаясь, заполнила два документа. Мэр спрятал в карман свидетельство о разводе, а его дама, бережно положила в сумочку, свидетельство вполне противоположного свойства. Так мэр города оказался снова женат.

Зиночка сидела на кровати и смотрела, как осенние листья брели по дороге. В палате она была одна, в городе редко кто терял рассудок. Она подошла к окну, оно было за решеткой и открыть его невозможно. Дверь была заперта.