Проклятая душа

Продвигаясь по нему, я размышлял о том, что такое подпольный клуб в моём представлении – это исписанные ругательствами стены, грязные полы, сигаретные окурки повсюду и обклеенный газетами туалет, или его вообще нет, и все справляют нужду за зданием. Пока я шёл, музыку становилось слышно всё лучше, но она не играла так громко, как обычно бывает в ночных клубах. В конце коридора была занавеска из прозрачной разноцветной клеёнки в несколько слоев, разрезанной на полосы. Креативно, что тут скажешь, декор своими руками.

Остановившись, я прислушался в ожидании знакомых звуков: рычания, невменяемого смеха, чавканья или хотя бы дружного сонного сопения, которое говорит о том, что банкет окончен и все с неосторожностью легли спать. Это было бы подарком судьбы – зашёл, бах! бах! И по домам – никаких испорченных нервов, обещаний выпотрошить меня и послать шкуру в подарок моим родителям на Рождество. Хотя я понимаю, что это пустые угрозы, но всё равно неприятно. И к тому же – кто их знает.

Вместо этого на фоне музыки было слышно пение.

Нормальный, приятный голос. Может, у нас в конторе произошла ошибка и я сейчас наткнусь на какие-нибудь хиповые посиделки и церемониальное песнопение в караоке? Ну да ладно, хватит гадать. Спрятав на всякий случай пистолет за спину, я откинул занавес и зашёл в зал.

Глава 2

Девушка с огоньком

Такого я не ожидал. Повсюду были мёртвые тела – на танцполе, у барной стойки. Стены, пол, были залиты кровью. Скудная мебель была разломана и разбросана. И в центре всего этого беспредела находилась танцующая девушка.

Моё появление она проигнорировала, а я был слегка сбит с толку. Возникла масса вопросов и несостыковок. Куча трупов указывала на то, что здесь было настоящее нашествие век голодавших тёмных, я сомневаюсь, что одно существо могло убить кучу народу – кто-нибудь бы улизнул, обратился в полицию, в общем, происшествие было бы освещённым для публики. Но она-то одна. И пляшет как сумасшедшая. А может, это и не падший вовсе? Может, бедняжка работает здесь уборщицей, пришла и обнаружила не массу приклеенных к стульям жвачек, а гору мёртвых тел. Её мозг такого не ожидал, психика не выдержала, дала сбой, и теперь ей чудится, что она на ромашковом поле. Я внимательно присмотрелся к девушке. На ней было платье неопределённого цвета – скорее всего, оно было белым, но от крови приобрело багровый оттенок. Руки, ноги были также измазаны кровью. Рыжие волосы в беспорядочном буйстве локонов лежали на спине и плечах.