Отравленные воспоминания

Она моргнула и изумленно уставилась на юношу.

–Я могу ехать? – запинаясь, переспросила она.

–Говорю же, поезжайте, – раздраженно бросил через плечо гаишник. Он засунул свисток в рот и, издав оглушительную трель, заторопился навстречу следующему нарушителю.

–Ап… – Тамара поспешно захлопнула рот, проглотив невысказанные: “А как же?. Почему?… А я думала…”

Неожиданная доброта сурового служителя порядка волшебным образом изменила все вокруг, всколыхнула веру в доброе и светлое и подарила надежду, что все в конце концов будет хорошо.

Девушка встрепенулась, выжала педаль скорости, и Фольксваген бодро полетел вперед, не встречая больше на своем пути препятствий в виде ям, аварий, пешеходов, красных сигналов светофора и других гаишников.

Уже через несколько минут Тамара остановилась возле школы и стремительно выскочила из машины. В паре метров от нее старушка торговала чахлыми бордовыми хризантемами – последними цветами осени. Девушка схватила первый попавшийся букет, торопливо сунула старушке сумму гораздо больше требуемой и взлетела вверх по ступенькам широкого школьного крыльца.

Не найдя здесь своих двойняшек, она с облегчением перевела дух и побежала прямиком в класс продленки.

Таня, Павлик и престарелая учительница дружно повернули головы на звук открывающейся двери.

–Инна Ивановна, – с порога прокричала Тамара. – Простите, ради Бога! Знаю, как я виновата, но это опоздание – точно в последний раз.

Она подлетела к учительскому столу и решительно сунула букет в руки педагога.

Та уже открыла рот, чтобы озвучить обвинительную речь, но перед таким напором смешалась и только сбивчиво забормотала:

–Ну это уже полное безобразие, Тамара Алексеевна… Мы вас уже почти час ждем, а у меня в восемь часов собрание жильцов нашего подъезда… Вы хоть понимаете…

–Инна Ивановна, – девушка покаянно сложила руки на груди. – Неожиданная запарка на работе. Клянусь, это в последний раз!

Мысленно она послала несколько смачных проклятий в адрес “запарки” в лице Осинской.

Если бы та подошла к ней сегодня чуть раньше, Тамара бы сумела отбрыкаться от ее идиотских поправок к отчету и уйти с работы вовремя. При мысли о зловредной начальнице ее пальцы невольно сжались в кулаки. Вот же ведьма, от которой страдает не только она сама, но и совершенно посторонний человек!

–Еще раз простите, Инна Ивановна. Этого больше не повторится.