Вечники. Книга воздуха

Конечно, от приглашения он откажется, наверняка даже будет шокирован. Она ведь его студентка, хорошо хоть успешная, так что попыткой задобрить профессора в преддверии сессии это выглядеть не будет. Но она все равно пригласит, а там будь что будет. Иначе промучается упущенной возможностью целый год.

Пошло и глупо влюбиться в преподавателя, и Лида до сих пор не понимала, как смогла угодить в эту ловушку. Но с первой же лекции профессора Гольдмана на первом курсе Весна точно знала: он важен для нее.

Будто протянулась незримая нить, связала прочно, не разорвать.

За этими беспокойными думами Лида даже не успела заметить, как потеплело на улице. Весна была поздняя в этом году, сухая, но прохладная, по ночам случались заморозки до первых дней мая. Еще вчера, опаздывая на электричку, она скользила по хрусткому ледяному узору на прошлогодней траве. А теперь солнце жарило так, что от земли валил пар.

«Если так пойдет, в самом деле можно будет устраивать праздник в саду», – рассеянно подумала девушка и почему-то вконец расстроилась.

Жаль все-таки, что подруга Мила сегодня не составит ей компанию по пути в Питер…

Последнюю консультацию по истории вставили в расписание на воскресенье – день рождения Лиды был девятого мая, в понедельник – по той причине, что у профессора Гольдмана выпадали на начало недели какие-то личные дела. Возможно, собирался слетать в Америку на презентацию своей очередной книги.

Консультация предназначалась для неуверенных в своих силах, о ней слезно умоляли некоторые студенты.

Лида, понятное дело, пропускать ее тоже не собиралась, хотя предвидела удивленные взгляды, а то и вопросы однокурсников. Впрочем, большинство ребят на курсе сторонились ее по необъяснимой причине, а Весна к подобному давно привыкла, с детсада еще. Всегда была изгоем, сколько себя помнила. Необъяснимая неприязнь за давностью лет перестала волновать, лишь бы эта напасть не расползлась и на педагогов, еще станут на экзаменах валить. Но университетские преподаватели были крепкими орешками, мнение об учащихся составляли не по первому впечатлению и к Лиде относились ровно.

В аудитории к ее приходу собралось человек десять со всего курса, в основном тихие пугливые студенты из тех, кто до последнего ищет совета и подсказок преподавателя. Испуганными мышками они шуршали страницами конспектов, их приоткрытые рты и пустые взгляды выдавали крайнюю степень нервозности.