Соловей в море

В дальней стороне, на помосте, был установлен единственный стол, во главе которого на огромном кресле с прямой высокой спинкой, так похожем на трон, сидел сам адмирал. Разглядеть его на такой дистанции у меня не получилось, но вроде как он был человеком. Встретивший меня на входе пират в надетом на голый торс расшитом золотыми нитями красном камзоле с полами почти до пола, схватил меня за рукав и быстро потащил между столиков. Миг – и вот я уже стою у стола, за которым сидит капитан «Папильона» в компании с Тином Скверноглазом и незнакомыми мне пиратами.

– Ну что, салага, – начал капитан без предисловий своим спокойным голосом, поставив кубок с вином на стол, – шкип уже ознакомил меня с отчетом. Четверть груза подпорчена. Красавчик Хейк отправился в последнее плавание. Огневица чуть не спалила шхуну с грузом и командой. Что скажешь в свое оправдание?

Ну что, мне терять нечего, спишут так спишут. Жалко потраченных двух недель, конечно, но это не первый реролл в моей Вальдирской жизни, так что… Я отставил одну ногу назад, положил левую ладонь на навершие рукояти абордажного тесака.

Отметил про себя, что в зале стало намного тише, и даже жующий осьминога адмирал как будто слегка повернулся в мою сторону.

– Скажу как есть, – начал я спокойно, – на шхуне я оказался случайно, задержался с ремонтом мачты. Командовать у меня желания не было никакого, мне и под началом Красавчика Хейка было хорошо. Нападение иг… чужеземца на летающем звере мы отразили.

Груз сберегли. Большей частью… Да и что там подпорчено? Верхний слой тюков только! Внутри этих же тюков все в порядке! Так что вины за собой не вижу! Да и не рвался я командовать!.. Со всем уважением, капитан!

В конце своей тирады я приложил согнутый указательный палец ко лбу, отдав таким образом честь. Сидевший за два стола от меня капитан поднял большой палец и кивнул. Игрок? Капитан пиратского корабля? Не может быть такого!

– Орел! – просипел шкип Тин, оторвавшись от бутылки, – Летать еще не умеет, но уже орел!

– Хотел или не хотел командовать, это дело десятое, – опять начал вещать капитан, после чего остановился и посмотрел на адмирала.

Тот оторвал на мгновение нож от лежащего на тарелке осьминога, поднял его вертикально, потом опустил горизонтально и снова принялся пилить щупальце.

– Так что, – продолжил мысль капитан после этой пантомимы адмирала, – места на «Папильоне» для тебя больше нет!

Как и думал.