Там, где поют соловьи

А теперь расскажи-ка мне, кто нынче в этом доме живет? Как родители мои? Живы-здоровы?

Девушка замялась:

– Так… Дедушка, Фрол Тимофеевич, два года, как помер. А бабушку давно схоронили, я еще маленькая была, почти и не помню ее. Матушка говорила, что болела она сильно. Как вас в солдаты отдали, все плакала да деда корила.

Степан положил ложку, встал из-за стола, подошел к образам, перекрестился. Маруся притихла, ждала, что будет. Спустя несколько минут Степан вернулся за стол, сказал откашлявшись:

– Не довелось свидеться.

Ушли не попрощавшись. Ну, а про Стешу Туманову что скажешь?

– Стеша? Туманова? Не знаю такую… Пойду баньку истоплю. Отдыхайте пока. Вон за печкой лежанка, я там вам постелю.

Она отвернулась, встала и быстро скрылась за дверью.

Проснулся Степан вечером. Прислушался к голосам, сел, прогоняя остатки сна. Братья вскочили из-за стола ему навстречу, лишь только он вышел из закутка.

– А-а, вот и наш служивый! Ну-ка, ну-ка, покажись… Ишь, седой какой! А на отца-то как похож стал! Бороды только не хватает.

– Вернулся, стало быть? Вот и славно. И слава Богу! Садись чаевничать, рассказывай, как служилось? Где бывал? А ты, Маруся, баньку проведай, простыла уж небось, подтопить надобно.

После первых расспросов и нескольких чарок самогона перешли к главному разговору.

– Степа, батю нашего, царствие ему небесное, ты хорошо знал, – начал Михаил. – Слово свое купеческое он сдержал до конца: не только в солдатчину тебя отдал, но и наследства лишил.

Лесопилку и этот дом мне отписал, а лавку и второй дом Николаю. И деньги между нами поделил, тебя обошел. Но мы промеж себя не раз говорили, что несправедливо это. Пусть батя нас на том свете простит, но мы его ослушаемся. Ты и так нахлебался в жизни. Поможем тебе поставить свой дом. Лес свой, строить есть из чего, плотников наймем тебе в помощь, и айда, трудись, не ленись. А мы с Николаем подмогнём. А ты, пока строишься, осмотрись, реши, чем заниматься будешь. Денег дадим, дело какое начать. Хозяйку в дом присмотри. Глядишь, еще и деткам своим порадуешься.

– Спасибо, братья. За теплый прием, за обещанную помощь. Мне бы на ноги встать, а там заработаю, долги верну. А насчет хозяйки в будущий дом… Как Стеша Туманова поживает? – Степан настороженно вглядывался в лица братьев. Оба отвели взгляды.

– А это ты лучше у бабы моей спроси, она со Степанидой зналась, – сказал Николай и окликнул жену:

– Марфа, расскажи Степану про Туманову, что знаешь.