Там, где поют соловьи. Книга вторая. Где мое сердце?

День за днем она приходила в дом на канале Грибоедова и штудировала с Константином физику. На экзамене волновалась не столько за себя, сколько за своего подопечного, но всё прошло благополучно, оба получили честно заработанные «удочки». Костя бурно радовался, тормошил Стеллу. Они вместе вышли из института, дошли до Каменноостровского проспекта. На углу он спросил:

– У тебя рубль найдется?

Порывшись в кошельке, Стелла вытащила купюру. Костя взял.

– Стой здесь, никуда не уходи!

Он умчался и через несколько минут вернулся с веткой кустовой розы, усыпанной алыми бутонами.

– Вот, держи. Это тебе.

Стелла взяла ветку и ойкнула, поранив пальцы о шипы.

– Осторожнее! У роз, девочка, есть шипы. Красота вынуждена защищаться, – сказал Костя назидательно.

Стелла растерянно смотрела на розы. Впервые ей дарили цветы. И кто? Костя! Но почему же ей так неприятен этот подарок? Впрочем, подарок ли? Ведь он куплен на ее последний рубль. А до зарплаты еще три дня… Значит, ей предстоит ходить в институт пешком и обходиться без обедов.

– Ну ладно. Мне пора. Пойду, порадую Надежду. Завтра я отосплюсь, а потом засядем за химию. Послезавтра утречком приходи. Идет? Ты на остановку?

– Знаешь, давай дальше сам. И вот, держи, – Стелла сунула ему в руку ветку с замерзающими розами, – иди, порадуй Надю, она это больше заслужила.

Стелла повернулась и пошла прочь, оставив Константина в недоумении.

Глядя в оттаявший пятачок трамвайного окна, она вдруг вспомнила, что уже дней десять не видела Валерку.

Интересно, куда он делся?

Глава 5. Соловьи в городе

Май 1930 года, Ленинград.

Первая майская гроза налетела, как всегда, неожиданно и застала Стеллу в самом неподходящем месте – посреди Троицкого моста. Укрыться от порывов ветра и струй дождя было совершенно негде. Впрочем, не одна она попала в такую передрягу – мост был полон людей, возвращавшихся с демонстрации. Чей-то зонт с вывернутыми спицами пронесся над головой девушки и умчался в свободный полет. Она в душе похвалила себя за то, что свой недавно приобретенный зонт забыла дома.

Целее будет. Иногда рассеянность оказывается на руку. Пока Стелла добежала до первых домов Каменноостровского проспекта, и ливень, и ветер утихли. Прятаться от последних капель дождя вымокшей насквозь девушке не было смысла, и она продолжила путь, перепрыгивая через пузырящиеся лужи. Выглянувшее очень кстати солнце искрилось в промытых витринах, дробилось сияющими осколками в мокром асфальте.