Страсти по Магдалине

Уже вечером она долго ходила по комнате, пытаясь унять дрожь. Но ни капли сожаления, ни крупицы раскаяния в содеянном, ничто не волновало ее. Даже грязное обвинение, брошенное Иоанной, не беспокоило так, как предстоящее объяснение перед Исой. А ведь он спросит, обязательно спросит.

На помощь неожиданно пришла Есфирь. Старая кормилица несколько раз пыталась заглянуть в комнату, но так и не решилась переступить порог. Уже перед ужином Есфирь догадалась подослать маленькую Сарру, и та кинулась на шею любимой Мириам.

– Я соскучилась по тебе, сестренка, – лепетала на ухо Сарра, прижимаясь к женской шее и вдыхая сладкий аромат волос. – Целый день не видела тебя, ты заболела?

– Нет, Сарра, с чего ты взяла?

– Ты такая грустная и совсем не выходишь из комнаты. Есфирь послала меня узнать, как твое здоровье… – она проговорилась и запнулась на полуслове.

– Значит, Есфирь? – Мириам опустила ребенка на пол.

– Не ругай Сарру, госпожа моя, – кормилица решилась войти в комнату. – Я хотела всего лишь узнать, где накрывать стол для ужина.

– Ужина? – Мириам удивленно подняла брови. – О чем ты говоришь?

Есфирь смутилась, опустила глаза. Она тщательно подбирала слова. Ложь не любила спешки.

– Теперь вы с Исой одни. В обед к Иоанне приезжал гонец из дворца. Ее муж смертельно болен и послал за ней. Она сразу уехала, ни с кем не простилась… Он уже знает, дочка.

Мириам с нежностью обняла сухие плечи кормилицы, прижалась к высохшей груди, как много лет тому назад, шепнула:

– Спасибо.

Есфирь только кивнула.

Ужинали втроем: он, она и Сарра. Девочка весь вечер возилась под столом c новым питомцем, пытаясь накормить неразумного котенка кусочками вареной рыбы. Она так увлеченно играла, что позабыла о еде. Только раз на строгий выговор Мириам курчавая головка показалась из-под стола и снова нырнула обратно.

Она старалась не смотреть в его глаза, только слушала. Весь вечер он много разговаривал, вспоминал прошлую жизнь. Никогда прежде она не видела его таким.

Улыбка не сходила с его лица, когда он заигрывал с котенком поясом от хитона и радостно смеялся с Саррой, наблюдая за ее проделками. Только раз их взгляды встретились, и в карих глазах она прочла немой вопрос. Но не было тревоги и сомнения, куда-то подевалась грусть, светлой радостью сияло лицо, словно яркий лучезарный огонь загорелся внутри.

– После того, как Яков стал ходить, моя госпожа, по городу разлетелся слух о его чудесном выздоровлении.