Опасный возраст

Массажного обучения, как такового, в городе не было, но оставался институт физкультуры – оплот здорового тела и духа. И химия на вступительных экзаменах там была совершенно не востребована…

Первого сентября вернувшись из школы, Лера обнаружила квартиру пустой. Ее диванчик, на котором последний месяц спала бабушка Вера, был прибран, опрятно застелен шерстяным одеялом, с краю лежала пышно взбитая подушка. Бабушки не было.

Оставшись без присмотра, Вера Игнатьевна воспользовалась свободой и вернулась домой в Подгорный переулок.

Вместо объяснительной записки она оставила на кухонном столе пирамиду из творожных ватрушек, которые пеклись исключительно по настроению. Пышность сдобы, румяный бочок и сахарная пудра поверх протертого творога могли сказать о многом, во всяком случае, бабушка Вера находилась в здравом уме и памяти – так вечером пояснил Дмитрий Павлович на удивленный взгляд жены, с легким сердцем опрокинув за здоровье матери рюмку армянского коньяка под сладко-сдобную закуску.

5

Учебный год начался с дежавю: то, что происходило в девятом классе, сильно напоминало любовную лихорадку трехлетней давности, но на сей раз первыми в игре водили мальчики, превратившиеся из стада сопливых дикарей в отряд благородных рыцарей.

Не укладывалось в голове, как за такой короткий срок – всего три летних месяца – могла произойти столь разительная перемена. После физкультуры запах одеколона преобладал над запахом нестерпимого пота, а от некоторых на большой перемене тянуло сигаретным дымком хорошего качества.

Лохматые шевелюры сменили модельные стрижки. Узкие галстуки тугим узлом поддерживали ворот рубашек, отутюженные брюки пугали ровными стрелками, а приталенные пиджаки из нагрудных карманов дразнились треугольными язычками носовых платков. И в этой щегольской шеренге девочки чувствовали себя настоящими замарашками.

Старые связи распались, завязались новые.

Девочки в полной боевой готовности томились в ожидании мужского расположения. Каждая била каблучком, словно копытом, взмахивала начесанной гривой волос и в нетерпении поправляла налакированную челку.

Каждая бросала призывные взгляды и обещала невесть что.

Конкуренцию многие не выдерживали, раньше времени сходили с дистанции. Лера поддалась всеобщему заразительному безумству. Настала ее очередь завидовать Оксане Таран, которая с шестого класса не выпускала из мертвой хватки Саньку Ивченко.

– Мне журавля не надо, – хвастала Оксана. – Синицы хватит.