Прости грехи наши… Книга вторая

Белая кожа и русые с проседью волосы делали его лицо каким-то неестественным. Еще эта неуместная бородка клинышком и очки…, будто он был персонажем какого-то спектакля. Изъяснялся мужчина тоже необычно, хотя выглядел очень галантным и услужливым.

– Вы такая красивая, что я немножко теряюсь, – признался ученый, – «Есть женщины в русских селеньях…», – некстати начал цитировать он, – и тут же спохватился, – О, я не представился… Арнольд Леонидович.

Оля снова улыбнулась, и подумала, что полумиллионный город, в котором она живет, не очень подходил под понятие «селенье».

– Наташа!

– За знакомство! – поднял мужчина бокал.

Оля пригубила вино. Оно было приятно терпким на вкус.

– Значит, вы тоже занимаетесь наукой. Никогда бы не подумал, что такую женщину, как вы, могут интересовать какие-то теории и гипотезы…

Вишневая улыбка в очередной раз озарило Олино лицо.

– Напомните, пожалуйста, тему вашей диссертации, – вежливо попросил профессор.

Ольга закашлялась от неожиданности, и схватилась за бокал, как за спасательный круг.

«Ну, Наташка, только, покажись мне на глаза!», – сделала она глоток.

– Простите…. Давайте не будем говорить в этот вечер о делах! – мило предложила женщина.

– Конечно, конечно…, – засуетился Арнольд, и подлил Ольге еще вина, – Это вы меня простите.… Знаете, у холостяка на уме одна работа.… А у вас я слышал, уже есть ребенок школьного возраста? Хотя по анкете вам всего лишь тридцать, а выглядите вы и того моложе…

– Да, – радостно сообщила Ольга, – Сын.

Пятнадцать лет, – она была почти счастлива, что может ответить четно, хоть на один вопрос. И, может быть, поэтому Оля осмелилась, в первый раз, заглянуть в глаза своему собеседнику. Они у него оказались разными. Один карий, другой – голубой… Это открытие удивило ее.

Между тем, улыбка на лице Арнольда Леонидовича, начала тонуть в его дурацкой бороде.

– А в анкете написано пять лет….

Ольга залпом выпила весь бокал.

– Должно быть, опечатка, – уронила она свой взгляд, теперь, под стол.

Каково же было ее изумление, когда женщина заметила, что носки у профессора, тоже разные: черный и синий. Пьянеющая Ольга подумала, что в тон глазам.

Было заметно, как Арнольд переваривает информацию.

– Во сколько же вы его родили? – не удержался служитель науки, и впился в нее разноцветными радужками.

Оля в упор посмотрела на него своими в крапинку. То ли от вина или из-за всей этой дурацкой ситуации она не нашлась, что соврать, и даже забыла улыбнуться.