Страна Сновидений

А небо и пустыня слились, образовав единое пространство без линии горизонта. Только в оазисе Тенер люди могли скрыться от полуденного зноя. Казалось, что здесь существует свой особый микроклимат, позволяющий пальмам быть необычайно зелеными. Тут и там раскрывали свои причудливые соцветия алые цветы, из которых пили нектар малахитовые птички. Прозрачные струи прохладной светло бирюзовой воды спадали каскадами из гигантских чаш-фонтанов.

Под арочными сводами дворца танцевали, звеня браслетами, нарядные красавицы.

Среди черноволосых, черноглазых девушек особо выделялась одна. Она была чуть выше других. Русые волосы свободно струились по плечам. Серо-зелёные глаза блестели озорным блеском. Кожа у девушки была белой, как снег на горных вершинах.

Смуглолицые туарегские женщины смотрели на красоту чужестранки с опаской. А юноши туареги не сводили с красавицы глаз. Девушка звенела серебряными браслетами, ловко играла прозрачной лиловой шалью, расшитой серебряными монетами и беззаботно смеялась. Её смех слышался во всех уголках кружевного дворца.

Красавица приблизилась к группе юношей, тронула одного из них за руку, и, стыдливо прикрыв лицо прозрачной шалью, спросила:

– Я тебе нравлюсь?

– Оч-ч-чень, – ответил юноша.

– Оч-ч-чень? – засмеялась красавица. – Я стану твоей, если ты принесешь мне розу пустыни!

– Розу пустыни? – обеспокоено вскрикнули женщины. – Да в своем ли ты уме, что требуешь такое?

– Я не требую, а прошу, – проговорила красавица, надменно глянув на них.

 – Если я действительно нравлюсь этому юноше, то пусть выполнит мой каприз.

– Каприз? – заголосила самая старая женщина. – Да ты посылаешь его на верную смерть. Ещё никто…

– Хорошо, я готов выполнить твой каприз, – юноша улыбнулся. – Я принесу тебе розу пустыни, чего бы мне это не стоило. В знак нашего договора прими от меня вот это.

Он протянул красавице смешной малиновый цветок, сделанный из атласной ленты, и ушёл.

– Фу, какая безвкусица, – фыркнула красавица и швырнула цветок в фонтан.

Он размок и рассыпался, превратившись в атласную ленту, которая юркой змейкой скользнула на самое дно глубокой фонтанной чаши.

Звуки музыки умолкли. Никто больше не желал веселиться. Женщины закутали лица прозрачными шалями и ушли на свою половину, не проронив ни слова.

Юноши поспешили на свою половину, злобно перешёптываясь:

– Она отправила его на верную смерть.

– Он должен был отказаться.

– Нет. Отказом он обрек бы себя на вечный позор.