Очень плохая история

Я встречался с ней на конном дворе, и мы просто разговаривали.

– О чем же вы говорили?

– О лошадях, я так думаю. О скачках. Сейчас трудно вспомнить. Столько всего случилось.

– А какие у нее были хорошие стороны? Она была умная? Забавная? Глупенькая? Опрятная?

Фаррелл встречался с ней три месяца. Должно же что-то остаться у него в голове. Ей нужно понять, что представляла собой Джейн Макнейл.

На лице Фаррелла появилась слабая улыбка:

– Очень опрятная, это точно. Любила, чтобы все было, как в аптеке, все вещи должны быть на своих местах, не сдвинуты ни на волосок.

Но и нос задирала она здорово, как будто была не такая, как все. Я иногда называл ее Леди Зазнайка. Прямо принцесса. Любила завтракать в постели, и ей нравилось, чтобы я приносил ей завтрак, будто я слуга. А еще соображала хорошо. Намного лучше, чем я, во всяком случае. Отлично знала, что делает, если вы понимаете, куда я клоню.

– Нет. Можете объяснить?

Он потер подбородок:

– У нее всегда было полно идей насчет того, что она хочет делать, и решительности ей было не занимать.

Она рассказывала мне, что у нее есть план. Если честно, я не был уверен, что я в него вписываюсь.

– Что вы имеете в виду?

– Ну, у ее родителей были деньги, так она, во всяком случае, говорила. И ей не нравилось, когда ее видели в моем фургоне, это я вам точно говорю. Если мы куда-то выбирались, это должен был быть легковой автомобиль, и внутри все должно быть чисто, иначе она не сядет. Она говорила, что хочет быть журналисткой и писать о скачках и обо всем, что связано с лошадьми.

Еще она заявляла, что хочет, чтобы ее показывали по телевизору. А чтобы набраться опыта, она и устроилась работать на ипподроме.

– Что-нибудь еще можете о ней сказать?

Он снова нахмурился, как будто не видел смысла в этих разговорах.

– Хоть что-нибудь?

Даже самые яркие воспоминания со временем стираются, и Ева не хотела слишком сильно нажимать на него, чтобы он не чувствовал, что должен обязательно выложить что-то еще.

Но пока она мало что от него узнала.

– Ей до всего было дело, – подумав, сказал он.

– В каком смысле?

– Ну, все время задавала вопросы.

– Какого рода вопросы?

– Она хотела знать, на каких еще ипподромах я работал, например.

– А с чего бы это?

Он пожал плечами:

– Почем я знаю? Ей люди много чего рассказывали.

– Ее друзья?

– По большей части те, с кем она работала. А она рассказывала мне то, что услышала в офисе. Я прям обалдевал.