Просто – semplicemente. Трилогия. Часть III. «Маски»

По большей части, он бывает у родителей в доме и время от времени остаётся в гостях у Алекса. Почему ты спрашиваешь?

– Ник, мне неприятно об этом говорить, но…

– Что?

– Я во многом ошибался… У Алессандро полно хороших качеств, в нём есть доброта и человечность, но последнее время я больше не вижу тенденции к развитию именно этой его стороны. Он завяз по уши в делах, которые оставил ему наш дед Сальваторе. Если раньше он хоть как-то пытался посмотреть на жизнь по-иному, то сейчас – нет. – сказал Александр.

– Ты что-то узнал? – Доминик напрягся.

– К сожалению, да. Помнишь тот его проект, которому я так радовался? – поинтересовался Александр.

– Приют, ветеринарная клиника? – постарался припомнить Доминик.

– Да, он самый. Так вот, всё было сделано с целью торговли наркотой под прикрытием…

– Твою ж…! Скотина! – Доминик не сдержался.

– Ники, ты ничего не можешь сделать. Несомненно, я попытаюсь с ним поговорить снова. Но, если раньше он пытался прислушиваться ко мне, к себе, то теперь этого нет.

 – сказал Александр.

– Я убью его… просто убью. – прошипел Доминик.

– И дальше? Доминик, что дальше? Лучано, Дарио, Альдо, Пьетро, Маурицио, Леонардо и иже с ними? Убьёшь всех? – спросил Александр.

– Меня это всё мучает. Я отлично знаю, кто мой сын, хоть и не вижу воочию его дела. Но знаю, это ужасно, понятия не имею, что делать. Аугусто растёт, что будет с ним?

– Подумай сам. Алессандро его обожает. Я буду пытаться, Ники, но мы стали слишком редко видеться с Алессандро.

Часто приходит Лучано. Заходит и Дарио, а Алессандро нет. Мне стало казаться, что он начал избегать встреч со мной. Новости Сицилии я узнаю чаще из газет или от Лучано, чем от Алессандро, причем новости не самые весёлые, как ты понимаешь. – сказал Александр.

Доминик ничего не ответил, он и сам отлично это знал. В нём самом давно шла борьба между чувством вины, оттого что упустил однажды сына, чувством любви к нему и одновременно чувством, если не ненависти, скорее ярости и безвыходности.

Он отлично понимал, что максимум, что он может сделать, то это застопорить несколько проектов, но не более того. Но проекты эти были вполне мирные, лишь попытки Алессандро взять строительные подряды и принять участие в распределении земель, было бессмысленно мешать ему в этом. Помешать другой его деятельности Доминик не мог.

– Ники, – продолжил Александр, – я могу дать против него показания.

– Ты серьёзно? – Доминик вздрогнул.

– Абсолютно.