Ярейна

И вот настал тот момент, когда лепешки закончились, и Буреника потеряла к Радиму всяческий интерес. Хитрюга попыталась обнюхать мои карманы, но они на ее несчастье были пусты. Ага, будто за столько лет знакомства я не успела выучить ее привычки, поэтому никогда в карманы ничего съестного не прятала. Если было чем угостить, делилась, а так почем зря не дразнила. Все ж, кобыла мне верой и правдой служила, еще ни разу не подвела, со спины на бешенном скаку не сбросила, даже укусить, как некоторые зловредные коняги, не пыталась ни разу.

– Ладно, хватит ее баловать.

Погрозив Радиму кулаком, я вскочила кобыле на спину и слегка тронула лоснящиеся бока пятками. Буреника послушно зашагала по тропе, унося свою хозяйку прочь от дома и трех несчастных друзей, печальные моськи которых разглядела, обернувшись назад. Яшка и Радим махали мне вслед руками, а Боян только смотрел, но по его взгляду было видно, что он не так уж и расстроен. Хм! Конечно, пока меня не будет, наверняка сбежит в Бережки местным кошкам головы дурить.

Эх, если бы все хозяева окотившихся в результате общения с моим фамильяром мурок приносили котят мне, наш дом давно бы превратился в кошачий приют, и жить нам на улице. Благо этого пока не случилось, но в Бережках было немало рыжих котов. Интересно, сколько из них являются детками Бояна?

Тем временем кобыла выскочила из леса и зарысила в сторону тракта. Бережки, а потом и поля остались позади. Мы миновали неширокий перелесок, заполненный птичьими голосами, и вот перед нами раскинулась широкая, хорошо укатанная дорога, змеей тянущаяся с востока на юг.

В конце видимого отрезка дороги, вздымая в воздух дорожную пыль, тащилась телега, запряженная простым каурым конягой, который был равнодушен ко всему и даже никак не отреагировал, когда Буреника резко выскочила из придорожных кустов на дорогу. Только мужик, сидевший в телеге, привстал, удивленно уставившись на кобылу и, не удержав равновесие, когда колесо попало в небольшую ямку, завалился назад. Некоторое время я слышала его недовольное бурчание, но Буря перешла на галоп, и вскоре телега, как и флегматичный конь, остались далеко позади.

До Княжева, точнее, до его предместий мы добрались только после обеда. Да, не будь у меня Буреники, это путешествие могло занять намного больше времени, поскольку на обычной лошади, я бы добиралась целый день, а может, и больше. Как только вдали показались стены, окружающие город, мы свернули в лесок.