Прогулки по Ростовской области

Мужик, надо отдать ему должное, несмотря на лишний вес, хорошенько сгруппировался, прыгнул, вытянулся в струнку и, в лучших традициях легендарного вратаря «Баварии» Оливера Кана, повторил его знаменитый сейв, исполненный во время матча с «Реалом» в четвертьфинале «Лиги Чемпионов» 2007 года после удара Дэвида Бэкхэма со штрафного.

Смачно рухнув на дорогу, я, прежде чем прийти в статичное положение, еще несколько десятков сантиметров по инерции прочесал коленом и локтями по асфальту. Мужик тут же схватил меня вместе с велосипедом и, словно пушинку, поволок к машине.

Игра в кошки-мышки закончилась победой кошки.

– Глянь, негодяй, что ты с моим зеркалом сделал! – начал свою тираду водитель, показывая свою пострадавшую с вырванным ухом, сбагривая свои слова матерными междометиями и вместо слова «негодяй» используя куда более жесткие характеристики.

– Придурок, ты меня чуть не убил! – начал в ответ кричать я. После нового падения и болевого шока страх во мне прошел, и проснулась злость.

 – Ты меня снес, а мог вообще раздавить!

В ответ на эту реплику водила еще больше взбесился, схватил меня за ухо и попытался чуть ближе подтащить к разбитому зеркалу. Видимо, собирался потыкать носом в разбитое зеркало, словно нагадившего котенка, но я кое-как выкрутился.

– Ты знаешь, гаденыш, сколько оно стоит, а? Где я теперь, собака, буду его делать? Ах ты!..

– Да я в чем виноват?! Я ехал по правилам, это ты меня снес!

– По каким таким правилам?! Ты мне зеркало снес, полудурок! – ревел безумный водила, словно медведь.

– Это ты меня снес!

– А какого черта, скажи мне, пожалуйста, ты тогда удирал от меня, а?

На это я честно заявил водиле, что испугался и со страха решил, что он меня на месте и зарежет. Но теперь, когда он меня выловил, платить я ему ничего не собираюсь.

– Ты мне все заплатишь, гад! Все заплатишь!

И ведь действительно: я двигался по своей полосе, как полноценный участник дорожного движения, прижавшись к обочине, не виляя из стороны в сторону и ничего не нарушая.

Следовательно, нарушителем был он, а не я. Но сам факт того, что я решил удрать, явно сыграл не в мою пользу. Водила изначально ощутил себя правым и теперь продолжал себя вести, как сорвавшийся с цепи пес.

Пока «зеркалалишенный» вопил и плевался от злости, я потирал пострадавшее колено и старался не обращать на него внимания. К счастью, он решил больше не использовать рукоприкладства и ухотягательства.