Собачий рай

В те годы слово «полиция» воспринималось с жутким контекстом «полицаи – убийцы Великой Отечественной войны», а «милиция» – то порядок, идущий от народа, а не от тоталитета алчных буржуйных верхов. Там платили из бюджета села и округа, – богатейшего нефтяного Клондайка! И сотрудники не голодали.

***

И вот, – жизнь вновь свела меня с ними…

Я шла мимо балков с серыми мыслями о еде. На крыльцо вышла женщина с огромным полным тазом пищевых отходов, что принесла с работы. Увидев, я даже позавидовала. У нас давно ничего не оставалось в кастрюлях.

Если даже и варилась пятилитровая бадья пустых дешёвых рожек в расчёте «на неделю», хватало её на полдня. Вначале удивлялась: «Куда девалась еда?». А однажды пришла с работы днём за необходимой на работе книгой и всё разъяснилось:

– Едва родители уходили на работу, как вокруг кастрюли собиралась толпа дворовых друзей сына, таких же голодных детей геологов. И шесть литров макарошек улетучивались в минуты! Компания дружно работала ложками, не раскладывая макароны по тарелкам, – ели из одной огромной бадьи! По приходу с работы кастрюля блестела, как новенькая, вымытая, выскобленная! Муж просто говорил мне, что не голоден, и уходил в комнату к телевизору.

А я колдовала над смесью дешёвой крупы, – варила очередное ведро каши на следующий день, как выяснилось, – на весь наш геологический двор.

И теперь, – каково же было мое изумление! Когда из-под вагончика, к тазу с едой, выбежала стайка крепких диких волчат – щенков моей Лаймы.

Собака не просто выжила, но и стала матерью. Щенки имели идеально волчий окрас. Походили, как две капли воды, друг на друга: стройные, упитанные, с круглыми животиками! – шесть штук чудесных лаек!

Не могла отвести взор: давно не видела таких красивых, породистых откормленных щенков! Невольно вспомнилось, что отцом Лаймы являлся крупный оленеводческий пёс с волчьими генами, – помесь лайки с тундровым волком. То были настоящие волчата! Хвосты у них не завивались в идеальные лаечьи колечки.

 – Их невозможно отличить от диких волчьих деток. – Встреть в лесу… – решила б, – волки!

Я подошла, заговорила с женщиной. Она посетовала, что собрались уезжать из села в соседний посёлок Игрим: мужа переводят туда по работе. Он уже уехал. Перевозят вещи. И вот сейчас некуда деть щенков. Лайма ощенилась зимой под вагончиком. И пока щенки сами не выбрались, достать не смогли. Теперь нужно кому-то раздавать, а у всех и так своих, и чужих собак нечем кормить.