Шустрая Кэт

В одном сомнения не было, подобный вариант развития событий не придёт в голову ни одному из моих дружков из Квартала Семи Висельников. Хоть какое утешение.

Позади тащил мой чемодан извозчик, которому я доплатила за дополнительные услуги.

Чёрт, немудрено и поверить в то, что я такая же аристократка, как эти все, что толпятся у входа в общежитие. Особенно когда пояс оттягивает кошель с пятью десятками золотом, который любезно выделил мне Волен на карманные расходы. Стоит ли говорить, что такие деньжищи я в руках сроду не держала? Да вы и так поняли.

Ну примерно вот с таким настроем я и подошла ко входу в общежитие. Извозчик, считая что отработал свой серебрянник с лихвой, поставил мой чемодан возле меня и быстренько ретировался, дабы я его опять где не припахала. Ну, чёрт с ним.

Собралось тут нас, первокурсниц, двенадцать человек. Все как на подбор. Среди них я выглядела даже бедненько.

– О! Рада, что ты тоже здесь, – пропищало то самое комнатное растение, сегодня в солнечно-жёлтом платье, что страшно боялось испытания на физподготовку.

– Кэтрина Бирм, – улыбнулась я, посчитав, что жизнь студенческую с чего-то ж начинать нужно, и чуть сжала её пальцы.

– А на какой факультет ты поступила? – поднялась она на цыпочки, заглядывая куда-то через головы впереди стоящих студиозок.

– Некромантии.

– Ох! – округлила она голубые глазки, резко повернувшись в мою сторону. – Это же так… мерзко. Трупы, умертвия, призраки… – передёрнула она плечиками.

На что я только пожала плечами.

– А ты?

– Целительский.

Кто бы сомневался.

– Везёт тебе.

– Я на артефакторику хотела, – вздохнула она. – Но на вступительном сказали, что ярко выраженные способности к целительству и всё такое… так что…

– Да ладно. Не самый худший вариант, – улыбнулась я. – Не некромант же.

– И то верно. Прости.

– Ничего. Я уже смирилась, – не стала я углубляться в суть проблемы выбора факультета.

На пороге наконец нарисовалась тётка в синем балахоне и окинула нас цепким оценивающим взглядом.

– Следуйте за мной, – квакнула тётка.

Да они тут что, все такие… радушные? И на кой пень я тогда учила весь этот веками проклятый этикет?

Студентки вереницей потянулись за… а кто, собственно, она такая?

– Мама рассказывала, что комендант женского общежития пренеприятнейшая особа. А я ещё не верила, – едва слышно прошептала Милвена.

– Зря. Мамы дурного не скажут, – припомнила я свою.