Акакий, дачный домовой

Сказать по чести, он и сам, наверное, выглядел сейчас немногим лучше, – от хорошей-то жизни каменным сном не засыпают. Но у него другое дело, а тут…

Степану явно худо, и худо уже давно. Похоже, что он потерял надежду изменить что-либо в своём семействе в лучшую сторону, и потому сгорает медленно, но верно, как толстая и с виду крепкая, но далеко не вечная восковая свеча.

Домовой с дворовым сидели за стареньким столом и пили чай из разномастных чашек с отбитыми краями, примостившись один – на тюк с какими-то тряпками, другой – на грязный деревянный ящик из-под картошки.

– Ну здравствуй, суседко! – точь-в-точь как недавеча Федот, поприветствовал Акакия заметивший его Степанко. – Акакий, стало быть? Присаживайся, сейчас чайку нальём, с печеньем. Федот вон только-только травяного сбора с мятой заварил, как чувствовал, что заскочишь скоро на огонёк-то. Рады знакомству!

– И вам не хворать, добрые соседи! Не побеспокою?..

Акакий нерешительно топтался на пороге.

Не так уж часто домовые покидали свои дома, а чтоб ещё и по чужим гостями ходить, такого и вовсе отродясь не бывало, и он чувствовал себя не в своей тарелке.

– Проходи, проходи, сосед, мы завсегда рады гостям! Устраивайся поудобнее. Ежели чего, знай, чаем завсегда угостить можем. Что-что, а чаи гонять наши хозяева любят, никогда чайник не остывает, коли они тут. У нас и пряники есть, мятные! Прям как в старые добрые…

Акакий боком неловко протиснулся между старыми ящиками в крохотный угол и осторожно пристроился на небольшую кипу газет у стены.

Степанко проследил глазами его путь, окинул вслед за Акакием место, где они сидели, как будто увидел его впервые, и брезгливо поморщился. Потом тряхнул головой и вперился пристальным взглядом в Акакия.

– Федот говорит, спал ты долго. Похоже, и впрямь… раз в этот же день прийти смог. В первый раз, знаю, ой как сложно себя от дома-то отрывать.

Видать, сильно прижало. Понял хоть, где оказался? Нет?

Акакий в ответ отрицательно мотнул головой.

– Ох-хо-хо… – Степанко тяжело вздохнул. – Как же ж тебе объяснить-то. Дачи это. Садовые участки, леший их дери. Люди здесь не живут, а только приезжают «отдыхать» и «дышать свежим воздухом». Сначала забьются в душные города, как в консервные банки, а потом за глотком лесного воздуха утиными косяками в свои сады на выходные подаются.