Любовь вопреки

 – Софья, а куда бы ты хотела поехать в свадебное путешествие? В Милан, Венецию, Париж, Варшаву…

– В Париж, сначала в Париж! – радостно воскликнула девушка, изо всех сил стараясь изобразить искренний восторг и восхищение.

Этот бесконечно длинный день обернулся для Софьи сущей пыткой. Чего только ей стоило вытерпеть снятие мерок для свадебного платья. Портнихи-трещотки, пытаясь услужить, без конца выпытывали у невесты, какой всё-таки фасон она желает и ещё кучу разных мелочей. У девушки жутко разболелась голова, а впереди был праздничный ужин в честь состоявшейся помолвки.

Пришли гости, родственники. Всё это было невыносимо, но Софья держала себя в руках – всем мило улыбалась и была любезна и ласкова с женихом. Настя наложила ей побольше румян на щёки, чтобы скрыть болезненную бледность девушки и её усталый вид. Но всему приходит конец. Завершился и этот ужасный день.

Софья совершенно без сил сидела на стуле в своей комнате. Она прикрыла глаза, а Настя расчёсывала её роскошные волосы. В дверь постучали, и не успела Софья ответить, как вошёл Золотов.

Девушка испуганно вскочила, наспех набросив шаль поверх ночной сорочки. Настя оставила их одних.

– Алексей Николаевич, я уже собиралась ложиться, – глядя в пол, произнесла Софья.

– Вот я и зашёл на правах законного жениха пожелать своей невесте спокойной ночи.

Купец подошёл к девушке и коснулся её распущенных волос, пропуская шелковистые пряди между пальцами.

– Софья, какая же ты красивая, – охрипшим голосом сказал он и привлёк девушку к себе, обхватив рукой за талию.

– Что вы себе позволяете? – упёрлась ему в грудь ладошками девушка. – Не забывайтесь, Алексей Николаевич, вы мой жених, но пока не муж!

И тут же испугалась своей резкости. Но Золотов лишь рассмеялся и всё же отпустил девушку, продолжая пожирать её глазами.

– Ишь, какова скромница! – прищёлкнул он языком. – Давно таких не видел. Строптива больно. Но ничего, скоро будешь моей женой, ласковой да послушной, – и, не переставая ухмыляться, Золотов исчез за дверью.

Софья опустилась обратно на стул. Её всю трясло от страха.

– Настя! – срывающимся голосом крикнула она.

– Что, барышня? – тут же вбежала служанка.

– Постели себе на полу. Ляжешь сегодня со мной!

– Да полно вам, барышня. Кого вам бояться в собственном доме?!

– Делай, что говорят! – повысила голос Софья.

И успокоилась только тогда, когда Настя притащила перину и подушку и постелила себе на полу рядом с её кроватью.