Макароны с Филеем

Младенец словно почувствовал близость матери и замолчал.

– Всё отлично! – стараясь справиться с трясущимися руками, успокоил Татьяну муж. – Позавтракали, искупались, сейчас в прятки играем. Ну, всё, пока, отдыхай, не волнуйся, – прервал разговор Алексей, вспомнив, что надо ехать на поиски бестолковой принцессы, сбежавшей из дворца с деревенским Трубадуром.

Где искать такую-сякую, отец не знал. Он хотел мчаться в деревню знакомиться с потенциальными родственниками, но тут снова зазвонил телефон. На экране высветилось фото дочери, и перепуганный Алексей допёр, что ей можно позвонить.

Однако она его опередила.

– Ты где? – рявкнул он в трубку так, что уснувший на время младенец снова заревел.

– Я в канаве за деревней Ольховка с мотоцикла упала, получила два перелома. Забери меня отсюда, пап, – плаксиво проныла в ответ Алина.

Сердце отца в который раз за сегодня остановилось, но постояло немного и снова пошло, чтоб отвезти беглянку в травматологию.

Утрамбовав пищащего Ивана в переноску, Алексей хотел взять с собой и двойняшек, однако, взглянув на их чумазые лица, передумал и просто закрыл их в доме, строго – настрого запретив прикасаться ко всему, кроме книг.

Макарона он оставил на улице, вовремя сообразив, что британец не обрадуется, если пса пустить в дом. Да и новые диваны могли спровоцировать хаски на заточку собачьей челюсти.

Введя в навигатор деревню Ольховка и поразившись способности драндулетов проезжать тридцать пять километров без аварии, Камышов с сыном стартанули на спасение старшей дочери.

В машине младенца укачало, и Алексей почти без сирены доехал до указанной на карте точки. На подступах к Ольховке дорога превратилась в ямы да канавы, в одной из которых мужчина обнаружил перевернутый мотоцикл и сидящую на каком-то трухлявом пеньке грустную дочь.

Набежавшая на темнеющий небосвод туча щедро посыпала её мелким дождем, смывая с лица грязь и тушь. Бледный Камышов выскочил из машины, подбежал к дрожащему на ветру мокрому подростку и грозно запричитал:

– Алина, как ты? Что случилось? Где переломы?

Дочь страдальчески подняла вверх руки и показала два средних пальца.

Алексея неприличная жестикуляция удивила, но он решил, что от болевого шока Алина пока не в себе, и, пристально разглядывая её, спросил ещё раз:

– Что ты сломала, доченька?

– Ногти! Я получила перелом двух ногтей! – страдальчески объяснила Алина, махая средними пальцами перед носом папаши.