Ни слова про коня

И тут случилось нечто неожиданное, почти немыслимое, что мгновенно вернуло ее на землю: нога ступила на что-то мягкое и живое, и это что-то зафыркало под ее тяжестью и стало подниматься.

Взвизгнув, она отпрыгнула в сторону и замерла в ошалелом напряжении. Понимая, что бежать прочь или отразить нападение неизвестного существа она не в состоянии, Лили, даже не моргая, выжидала, пытаясь угадать, что за животное выскочило у нее из-под ног, а теперь застыло в неподвижности, без единого звука, так же, очевидно, пригнувшись и настороже, как и она сама.

Напряжение становилось невыносимым. Лили была готова увидеть что угодно – от напуганного теленка или молодого оленя до кровожадного льва, – но с появлением луны то, что она увидела, явилось полнейшей для нее неожиданностью. Святая Лючия, что это…

Туманный, холодный блеск, обрисовал такое, что она не могла поверить своим глазам и опрометчиво закричала. Перед ней стоял огромный человек с рыжей гривой и бородой; руки, ноги, плечи, большая часть груди были у него обнажены, и только у пояса болталось нечто вроде козлиной шкуры, а ноги были обуты в мокасины из дубленки.

Кожа у него была гладкая, без растительности, но потемневшая от солнца и ветра; под ней, точно толстые змеи, тяжелыми узлами сплетались мускулы.

Само по себе появление этого существа, было весьма пугающим, но сковывающий ужас, охвативший Лили, вызвала невыразимая свирепость в его лице, какой-то животный, дикий блеск голубых глаз, горевших холодным светом, огромное тело, изогнувшееся для прыжка.

Все это она заметила в одно мгновение. Существо прыгнуло вперед, и крик Лили оборвался. Почувствовав его руки у себя на плечах, она рванулась в сторону, ударилась об дерево, и, не удержавшись на ногах, провалилась в темноту.

Глава 2

Очнувшись, Лили вслушалась в окружающий мир с закрытыми глазами. Старая привычка сработала и в этот раз. Но тишина ничего ей не сообщила, и девушка приоткрыла глаза. Обнаружив себя на узкой кровати в незнакомой комнате, залитой солнцем, без туфель, без платья и без корсета, только в рубашке и панталонах, Лили растерялась.

Попытка оторвать голову от подушки взорвала нестерпимую боль. Пришлось опять зажмуриться – тошнота голода крутанула пространство туда-сюда. Со стоном дотронувшись до головы, девушка нащупала огромную шишку, которая занимала, наверное, половину лба.

– Когда же я ее посади… – но не успела Лили додумать свой вопрос, как грянуло воспоминание о прошедшей ночи.