Алекс-Сандра

 – Олег тоже будет знать, но никто более. Мы твои телохранители и будем ими ещё как минимум три года. Так что, думаю, прорвемся. В любом случае тот, кто знал о тебе всё, уже мертв, а остальная родня видела тебя очень редко. В общем, как ни странно, но именно мы знали тебя лучше всех, и получается, что мы нового тебя всему и научим. Да, всему.

Согласившись сам с собой, пока ещё так и не увиденный Тимофей замолчал снова, но уже минут через десять объявил:

– Пришли.

Куда?

Момент, когда они вошли, она пропустила, но уже через несколько мгновений глаза адаптировались под тусклое освещение и стало понятно – они внутри пещеры.

Позади закрывался вход, а впереди начинало тускло светиться нечто, дающее достаточно света, чтобы видеть стены и потолок. Сначала грубые, вытесанные словно топором, но уже через несколько метров ставшие гладкими, словно по ним прошлись утюгом.

– Ну, вот и всё.

– Всё в порядке? – Третий, ещё один незнакомый голос раздался неожиданно и над ней склонилось ещё одно чужое мужское лицо.

 – Лекс? Как ты?

– Замерз. Хочу есть. Болит шея и нога. – Не решившись озвучить всё остальное, она тщательно проконтролировала озвучку своих желаний в мужском роде. Да, она не ошиблась в своих предположениях. Она теперь мальчик. Мальчик-вампир пятнадцати лет.

Дерьмовая горячка.

Неожиданно повеселев от её ответа, третий вампир расплылся в довольно клыкастой ухмылке.

– Отличная новость, Лекс!

– Не торопись с выводами. – Тимофей и Дэн донесли её до кровати и нахмурившийся (видимо Олег) переложил её на более мягкую поверхность.

 – Мы успели спасти лишь тело. Не душу.

– Не душу? – Нахмурившись ещё сильнее, Олег вперил в неё взгляд, пытаясь разглядеть что-то, что бы ему ответило. – Ты не Лекс?

– Нет.

– А кто?

– Я… – Попытавшись снова, после третьей попытки глупого открывания рта зло скривилась. – Зови меня Лекс. Это почти…

Почти моё имя.

Это она сказать так не смогла.

– Он не может ничего сказать о себе.

Я думаю, это последствия ритуала. – Вступившийся за неё Дэн положил руку на обреченно опустившееся плечо Олега. – Но у нас есть выход. Думаю, парень хочет жить, как и все мы. Поэтому здесь и сейчас мы заключаем соглашение на крови. Никто и ничего не узнает.

– Никто и ничего.

– Никто…

– …и ничего.

– Никогда.

Это было несложно. Несколько капель крови, повторить за ними клятву и теперь даже пытки не выбьют из них признание. Есть Лекс. Только Лекс.