Госпожа наместница

Больше всего мне нравились огненные практики, искусство мимикрии, травоведение и зельеварение. Уж их-то я сдала с отличием, сразу после выпускного и получения аттестата о совершеннолетии помахав ручкой родне и убыв в неизвестном направлении. То есть в Светлое Королевство.

Где и жила последние восемь месяцев, успешно скрывая слегка демоническую внешность под маскирующим амулетом, а хвост под широкими юбками…

Но сейчас. Сейчас мне придётся вернуться, причем не просто домой, а в замок Ду”Арр, иначе через неделю в мою лавку нагрянут Стражи Тьмы и отведут в замок уже под конвоем.

Тёмный, ты несправедлив к своим детям!

Возникла трусливая мыслишка сбежать подальше от границы, ведь я даже не слишком скрывалась, не став менять имя и уезжать вглубь страны, где возможностей затеряться несравнимо больше, но почти сразу отбросила её куда подальше. Я знала законы Тёмной Империи и не собиралась становиться добычей ни своей многочисленной корыстной семейки, ни прочих авантюристов, решивших поживиться якобы легкой добычей.

Я собиралась вступить в права наследования с гордо поднятой головой и твёрдой рукой уничтожить всех, кто рискнет посягнуть на уже моё имущество! Потому что прекрасно знала: вступив в права наследования, я стала не только хозяйкой древнего и весьма мрачного замка, но и всей огромной близлежащей территории, на которой произрастало и водилось столько всего интересного и уникального, что на эти земли уже давно заглядывались все без исключения соседи.

Проблема, причем очень большая, лично для меня была в том, что продать или передарить эти земли невозможно, таков бич всех старых замков, расположенных в Проклятых землях. Владение было пожизненным.

Или посмертным… Тут уж как повезет.

Раньше можно было завоевать, убив хозяина и вырезав весь его род, но сейчас это практиковалось крайне редко и не одобрялось императором, так что теперь завладеть замком можно было только по завещанию после смерти предыдущего владельца.

И дядя, на момент смерти не обзаведшийся прямыми наследниками, не придумал ничего умнее, чем указать в завещании меня, свою племянницу-полукровку. Одну из трех десятков прочих, более родовитых и чистокровных родственников. Не представляю, чем в момент составления завещания думал дядя, но точно не головой.