Собиратель

Сегодня можно позволить себе какой угодно алкоголь из любой страны мира, но дело ведь не в напитке, а в сложившейся семейной традиции и памяти о юности. Тогда, больше тридцати лет назад, свадьба пришлась на самый пик антиалкогольной компании, поэтому выпивки на столах было мало, а домашней выпечки много. С тех пор каждый год, если получалось, они устраивали уютные вечерние посиделки с пирогами и бутылкой дешевенького винца для души.

Утром Татьяна решительно объявила, что пригласила чету Санджиевых, тем более, что юбилей общий – в один день женились.

Вот так перед фактом поставила, что хочешь теперь, то и делай с этим фактом. Сожми себя в кулак и принимай гостей. Так подумал Николай Васильевич в первую минуту и рассердился.

«Не знаю, какая кошка пробежала между вами, но нам теперь тут жить, и со старыми друзьями ссориться – последнее дело, – сказала Татьяна. – Поэтому, хочешь ты или нет, а они со вчерашнего дня у нас на даче. Я Лиле неделю назад рассказала, как мы обычно отмечаем.

Предупредила, что будем только мы вчетвером. Она так обрадовалась, обещала, что Захар барашка привезёт, кюр приготовит, а его сутки запекать надо, поэтому я ей ключи от дачи ещё третьего дня отдала. Будь добр, не задерживайся на службе, мы тебя ждём не позже шести».

«Не было никакой ссоры», – буркнул Николай Васильевич для порядка, а на душе полегчало, будто давивший на неё много лет камень-слон, вросший так, что ощущаться перестал, свалился, наконец.

Николай Васильевич по приезду в родной город Захару Хонгоровичу позвонил, конечно.

Но Санджиев разговор прервал словами: «Извини, занят», и не перезвонил. Что ж неясного?

Две недели назад Колыванов устроил фуршет, что называется «обмыл» должность и «влился» в коллектив руководства области в неформальной обстановке. Было бы странно, если бы областной прокурор проигнорировал приглашение нового начальника Главка МВД. Но чествовать виновника торжества Санджиев поручил своему заму, а сам сидел с непроницаемым лицом, пил минералку, к еде не притронулся и очень быстро покинул высокое собрание.

Колыванов отметил это и с горечью подумал: «Глядите, какие мы принципиальные! В доме врага не едим, спасибо, что хоть воду пьём. Тоже мне, Эдмон Данес!» Хотя никакие они не враги, и это не дом, а вовсе даже ресторан, а вот поди ж ты.

На даче всё сложилось по-другому. Аромат готовящегося мяса распространился, кажется, на весь посёлок.