Отложенная месть. Следствие ведёт Рязанцева

– Ваше? Так это не вы ли написали про изумрудный город? Ах, нет, тот Александр. А вы, извиняюсь, под каким псевдонимом печатаетесь?

– Не придумал ещё. Может ты чего подскажешь?

– Коразон, – встрял, до этого молчавший, Махоркин.

– Чего? – опешил Волков. – Какой ещё коразон?

– Не знаю. В рекламе слышал. Слово звучное, непонятное и бессмысленное. По-моему, для псевдонима в самый раз.

– Коразон – это известный косметический бренд, – Рязанцева моментально уловила иронию в словах начальника. – Выпускают лак для ногтей.

– Странное название для косметической фирмы, слово какое-то корявое, таракана напоминает, – Махоркин явно ёрничал.

Лена впервые за весь вечер улыбнулась:

– Вообще-то в переводе с испанского означает, кажется, сердце.

– Тогда не подойдёт, – с деланной грустью резюмировал Махоркин, – давайте вернёмся к делу. – Игорь Ильдарович, вам удалось обнаружить что-нибудь интересное?

– Что тут интересного? Вот окно, вот стул, поднялась, шагнула вниз и полетела.

– А конфеты? – Лена указала на открытую коробку. На крышке тёмно-красного цвета красивыми буквами было написано «Вишня в шоколаде», внутри в ячейках золотистой формы лежали конфеты. Больше половины ячеек были пустыми.

– Конфеты? – дыхнул эксперт горьким запахом выкуренной сигареты в лицо Рязанцевой, вплотную приблизившись к ней. – Конфеты, наверное, вкусные.

Он вытащил одну из ячейки и быстро отправил её себе в рот.

– Келё уэр! – воскликнула Лена по-французски и, с отвращением взглянув на Волкова, отошла в сторону. – Мародёр!

– Ой, ой, ой, ещё пришейте мне сокрытие улик или уничтожение вещдоков. Я эксперт, провожу исследование, а каким способом я это делаю, пусть вас не волнует. Считайте, что тестирую на себе, – натянув на руку перчатку, он сгрёб оставшиеся конфеты в целлофановый пакет и вложил в свой кейс. Туда же отправилась и коробка.

– Кто не успел, тот опоздал, – подмигнул Волков Рязанцевой.

– Декутон. Жё не мар де туа.

Махоркин удивлённо посмотрел на помощницу:

– Ваш французский пополнился новыми словами?

– Уи. Се ля ви.

Волков закрыл кейс и, перебросив через плечо фотоаппарат, отрапортовал:

– Ну ладно, мне тут больше делать нечего. Всё сфотографировал, отпечатки снял, поеду в лабораторию, посмотрю, что в этих конфетках, может отрава какая. Доложу. Бывайте.