Жених для неудачницы

– Да, одет клево, одно пальто две или три тысячи долларов стоит,– вторит ей Влада. – Я таких мужиков за версту чую, один парфюм чего стоит.

– Полинка, тебе надо ноги в руки и окрутить такого мужика, вот и от Витьки избавишься,– Катька не отступает.

Ох, если бы они знали правду, да если бы моя воля, никого не хочу окрутить, просто уехала бы отсюда далеко, далеко. Давно бы уже унесла отсюда ноги, сбежала бы без оглядки, даже бы вещи не взяла, но, есть одно важное «но», у меня нет паспорта, и нет денег, Ангелина держит паспорт и мою зарплатную карточку у себя в сейфе, а без паспорта никуда, да и без денег далеко не уедешь.

Вот и приходится терпеть мачеху, Витька с его маманей, напоминающую очертаниями баржу.

Но и Стас мне с первого взгляда не понравился. А еще он вспомнил деда, именно дед, как сказала моя бабушка, отобрал меня у мамы, после его смерти меня воспитывает Ангелина. Я не знаю, и мне никто не говорит почему, но моей родной мамы нет со мной рядом, почему она позволила меня забрать, почему не стала за меня бороться.

Я не знаю всей этой истории, но так хочется разобраться. Слова Стаса о деде только еще больше всколыхнули мои детские воспоминания, когда я каждый день ждала, что мама появиться на пороге и заберет меня из этого ужасного дома.

В нашей семье я любила только одного человека – бабушку, только она защищала меня от Ангелины, и только она любила и жалела меня.

Глава 6 Жених номер два

Не прошло и недели, как на крыльце аптеки вновь материализовался Стас.

– Здравствуй, Полина, – пропел он своим мягким приятным баритоном.

– Здравствуйте, Станислав, зачем пожаловали, может, хотите гематоген, у нас сегодня свежий привезли,– язвлю я.

Не, конечно Станислав лучше Витька, вон какой импозантный, высокий, статный, в дорогом кашемировом пальто, русые волосы чуть- чуть тронула седина, совсем незаметно, благородный профиль, сегодня у него модная маленькая бородка. Вот только глаза прозрачно – серые, как подтаявший весенний лед, не излучают тепла, они заглядывают мне в душу и ощупывают ее холодными пальцами.

Почему-то меня напрягает его внимание к моей скромной особе. Что-то есть неприятное в его кривоватой улыбке и холодных льдистых глазах. Ему далеко за тридцать, а мне и двадцати еще нет, и для меня он слишком какой-то взрослый, слишком уверенный в себе, властный, но если выбирать из двух мужчин, то он на много приятнее Витьки.

Поэтому я не отказала ему, когда он предложил проводить меня домой.