Дело о смертельной ненависти. Отдел спецрасследований

Жена улыбалась и благосклонно приняла пакетик с подарком. Более того, Вики, уютно устроившаяся в постели с книжкой, выглядела так аппетитно, что, если бы не третий час ночи, он бы, пожалуй, не устоял. Но… Как говорится, что молодому хорошо, пятидесятилетнему и до утра подождет. Он поцеловал вкусно пахнущую женщину, и отправился в ванну смывать с себя накопившуюся за день усталость. Уже закрывая дверь, услышал что-то про сюрприз, который она покажет ему с утра.

Главное, он ничего не слышал, совсем ничего!

Хорошая звукоизоляция, закрытая дверь, душ, упругими струями бивший сверху, начисто заглушили все на свете.

А ведь она, наверное, кричала, звала на помощь! И он уже был дома, в каких-то семи шагах и мог бы, вероятно, спасти, но… действительно ничего не слышал. А когда он еще влажный после душа вошел в спальню, куда более отчетливо помышляющий о том, что не надо откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня, Вики уже не было.

На кровати лежало то, что раньше было Викторией Таал, а сейчас стало только телом, из пробитой головы которого на постель лилась кровь.

Он рванулся к ней, желая помочь, спасти, как-то прекратить этот кошмар, на долю секунды отвлекся на скрип двери и краем глаза успел заметить тень, обрушившуюся на его голову. Дальше была темнота.

Когда Райво пришел в себя, ему не сразу удалось сориентироваться в пространстве. Башка кружилась и раскалывалась от боли. Наконец у него получилось присесть и осмотреться. Оказалось, что он лежал на полу собственной спальни и до сих пор сжимал в руках неизвестно откуда взявшуюся бейсбольную биту.

На мгновение он решил, что убитая жена ему померещилась. Но даже беглый взгляд на кровать убеждал в обратном. Лужа крови на полу медленно ползла в его сторону.

Отбросив биту, он, держась за стену, добрался до кресла, вытащил из кармана брюк забытый там мобильник и в недоумении уставился на экран. Набрать 112… Ничего сложного, если только ты не собираешься заявить, что только что у тебя убили жену и всунули в руки орудие убийства.

А что еще он мог сказать?

Глава 2. Адвокатские будни

«Первое, что мы сделаем, давайте убьем всех юристов».

Дик Мясник в пьесе Шекспира «Генрих VI», часть 2, акт 4, сцена 2

– Рихард, к шефу!

Неизменная секретарша Вита пережила на своем посту не одно поколение молодых адвокатов, вполне заслуженно носила прозвище Вечная Жизнь («vita» – «жизнь», лат.