Притворись его женой

И начинать с того, что надо привести себя в порядок, а не проверять – сумеют ли слова заступницы вызвать во мне жалость к бывшему. Я не желаю больше тратить на этого козла ни минуты своего времени или мыслей. Если кого-то и стоит любить, то себя. А сейчас моим внешним видом можно прохожих на улице пугать.

Мне же не нужно, чтобы этот придурок оказался прав? Как он вчера сказал? Что лучше него я никого не найду. И даже совсем смелое "да я, вообще, никого себе не найду!"

Впрочем, в данный момент искать никого и не собираюсь.

С меня хватит парно и непарнокопытных в жизни. А то животные они, а рога почему-то у меня. Еще и ветвистые. Теплой водой такое не смоешь, но попытаться стоит.

Отправилась в душ. Как ни крути, крепкие прохладные струи отлично отрезвляют мозги, заодно смывая всякую дрянь с души.

Да и что уж там, просто приятно. Постоять, послушать журчание, получить удовольствие от любимой стихии.

Если подумать, у меня остались деньги, которые мы копили на поездку. Наверное, если теперь у меня нет внушительного багажа в виде бессовестного приживалы, суммы хватит, чтобы отдохнуть на море.

Или частично погасить ипотеку, приближая тот день, когда мне больше не придется тянуть эту кабалу.

"И жить бок о бок с предателем".

Вышла, завернулась в мягкое махровое полотенце. Тысячу раз напоминала, что нужно уже купить себе банный халат, но руки как-то не доходили.

Ладошкой протерла запотевшее зеркало, посмотрела на красавицу, что натянуто улыбалась мне в ответ.

Теперь можно и о завтраке подумать.

А раз выходные, и мне никуда не нужно бежать, то и волосы можно не сушить.

Телефон опять завибрировал, не успела я из ванной выйти. Начинаю думать, что мобильники – зло.

На этот раз звонила моя мама.

Боже, я надеюсь, этот кадр не догадался еще и ей пожаловаться?!

Ее взволнованный и дрожащий голос подсказывал, что такой исход вполне вероятен. Вот… нехороший человек, знает же, что у мамы сердце больное.

А если прихватит?

Вот, теперь и мне плохо.

– Доченька… – слабым голосом протянула мама.

Так и вижу ее худое лицо, наверняка бледное из-за переживаний. Наверняка снова кусает губы – тысячу раз видела эту картину в детстве, когда мама начинала нервничать.

– Что ж, вы, нелюди, делаете! – воскликнула она, явно возмущаясь.

Прибью Юрку. Голыми руками.

– Воспитываешь вас, учишь… А вы… Вы!

Мы? Опустилась на стул на кухне, стараясь взять себя в руки. Если "мы", то это точно не про Юру. "Мы" это всегда я и Вика.