Кукушкины дети

Тетя Наташа накормила не то, что до отвала, а, кажется, впрок. И предложила остаться на ночь.

Вспомнив про пустой холодный дом, Белка согласилась.

Ей постелили на диване и велели не стесняться, если что-нибудь понадобится. Осоловевшая от сытости и тепла Белка кивала и заснула, едва осталась одна.

И очутилась в уже знакомом лесу. Только сугробов стало меньше. Они подтаяли, превратив землю в болото.

Деревья все так же тянули к небу костлявые пальцы, украшенные мартиничками. Алые куклы давно потеряли яркость, а белые напоминали цветом грязный снег под ногами.

Они так напитались влагой, что даже ветер не смог их раскачать, и куклы грустно висели на полусгнивших нитках.

Над ними, в серой мгле, которая затянула небо вместо облаков, кружили птицы. Единственные живые существа в этом безликом мире.

– Оля…

Белка вздрогнула и оглянулась. Вокруг не было никого.

– Оля…

– Кто здесь? – она заозиралась, гадая, не почудилось ли. Слишком уж он напоминал шелест ветра.

Только ветру нечем было шелестеть в этом лесу.

Ни одного листочка на деревьях, а под ногами – холодная жижа.

– Есть здесь кто? – снова позвала Белка.

Не дождавшись ответа, она опять посмотрела в небо. Там парила только одна птица. Она кружила широкой спиралью, спускаясь все ниже, так что уже можно было рассмотреть и хищный силуэт, и широкие крылья с «пальцами» перьев по краям.

Белка залюбовалась стремительными движениями. Она забыла обо всем и вздрогнула, когда в спину ударила струя холодного воздуха – как будто кто-то дохнул морозом.

Вздрогнула и развернулась навстречу новой опасности.

По затылку мазнуло крыло промахнувшегося хищника. Недовольно вскрикнув, он взмыл обратно в небо, задев кукол. Нити не выдержали, и землю усеяли осколки чьих-то ритуалов. Мартинички отчаянно раскачивались, и, казалось, они изо всех сил вцепились в голые ветки в попытке не упасть.

– Оля… – снова послышалось за спиной.

Белка резко развернулась на пятках.

Пустоту за спиной быстро заволакивал туман.

Из его глубины послышался какой-то смутно знакомый звук. И приглушенный расстоянием голос опять позвал:

– Оля, помоги…

***

Звонок будильника напоминал визг дрели: такой же надсадный и проникающий в черепную коробку. Бека открыла глаза и снова зажмурилась: незнакомая комната, диван вместо кровати… Может, это продолжение сна? Дышать стало тяжело, и на лбу выступила испарина. Не желая верить происходящему, Белка с головой замоталась в одеяло.