Полет Цикады

На севере не было воздушного, светлого мрамора южных краев. Его заменял гранит. Серый и красный, с темными нитями прожилок. И светлое дерево с затейливым рисунком. Анна видела такое несколько раз на мебельных выставках. Карельская береза – безумно дорогое удовольствие. Но здесь, в Эстрайе, она отвыкла считать сбережения, роскошь стала привычной, хотя необходимости в ней Анна так и не научилась испытывать.

Купальня северного Храма очень отличалась от той, что была в Храме Неба. Не было бассейнов из драгоценных камней, водопадов… Только струя ледяной воды звонко ударялась о гранитную чашу, нагревалась о теплый камень и падала в деревянную бадью размером с большую ванну.

Прежде, чем залезть в неё, Анна провела рукой по медового цвета краю.

Гладкое дерево. Теплое. Уютное. На светлом фоне – переплетение темных прожилок. Они создавали настолько красивый узор, что не потребовалось ни резьбы, ни покрытий. Только полировка. Как мастера достигли такой гладкости, Анна даже не представляла.

Теплая вода обняла тело. Мелкие пузырики пены лопались, вызывая приятные ощущения. Приятные настолько, что Анна поторопилась погрузиться в ванну до самого подбородка, смывая все, что может вызвать хоть малейший отзвук возбуждения. Сейчас, вдали от Эйра, сердясь на него, она все еще не желала плотских утех. Да и беременность им не способствовала – во время токсикоза желание не особо возникает.

Помогло мало. Воспоминания о любимом рораге, да еще в разлуке, тело словно с ума сошло.

Через несколько минут Анна уже дрожала, и испуганные фрейлины поторопились добавить горячей воды.

– Наири, вам нехорошо? Вам холодно?

– Нет, все в порядке.

Анна вдруг заметила, что сидит почти в кипятке, и одежда девушек пропиталась влагой от ароматного пара. Служанки не знали, что делать, – Наири явно мерзла, но долгая горячая ванна могла плохо сказаться на ребенке.

– Я выхожу!

К Анне потянулись руки – помочь переступить через бортик, поддержать.

Мягкая ткань укутала сухостью и тут же вызвала прилив нового возбуждения. Анна нахмурилась – ей совершенно не нравилось это состояние. А испуганные служанки повалились на пол, уткнувшись лбами в мокрый гранит.

– Все в порядке, поднимитесь, – Анна послушно поворачивалась, пока её вытирали, а потом заторопилась в беседку, где ждал накрытый стол.

Еда отличалась от столичной. Меньше овощей, больше рыбы и мяса.