Полет Цикады

Поэтому помещения такие маленькие, – Рийта словно извинялась, объясняя Наири местную архитектуру. – Все же надеюсь, вам здесь будет удобно.

– И уютно, – Анна с наслаждением опустилась в мягкое кресло. Подушка удобно поддерживала спину, а под уставшие ноги тут же поставили скамеечку. Служанка сняла с Наири обувь и начала массировать ступни, сгоняя отеки:

– Наири нужно больше заботиться о себе. И о ребенке.

– Тебя не спросила, – Анна постаралась, чтобы девушка не услышала её бормотания, но на всякий случай произнесла это по-русски.

Служанка даже не вздрогнула, продолжая мять, поглаживать, разминать…

Умелые руки не причиняли беспокойства. Тепло поднималось от ступней к коленям и выше, охватывало низ живота, томилось в груди… Суккубы знали свое дело не хуже инкубов. Но сейчас Анне было не до них. Она на самом деле устала. Её измучили постоянные переживания, хотелось закрыть глаза и забыть обо всем…

Обстановка комнаты помогла забыться. Светлое дерево карельской березы, от почти белого до золотого, поднимало настроение.

Прожилки на стенах и мебели казались ниточками карамели на поверхности меда. Постепенно мысли подчинились окружению, утонули в патоке, потекли медленно и сладко… Анна задремала и не слышала, как переносили её в кровать, как раздевали, как покрывали лицо и руки бальзамами для сохранения красоты…

Утром экзекуцию во славу красоты пришлось пережить наяву. Грудь набухла, и живот потихоньку начал увеличиваться.

Анне запретили любимые горячие ванны, а после купания долго втирали в тело разные масла.

– Наири ведь не желает, чтобы после родов её кожа обвисла и покрылась уродливыми шрамами!

И Анна стойко выносила процедуры намазывания, обертывания, вбивания… Хотя на собственное тело ей было наплевать. Эйр больше её не желал. А остальные инкубы… им все равно, как выглядит Наири, они скрасят её одиночество независимо от того, будет ли она неземной красавицей или уродиной. Анна начала подозревать, что и для Эйра разницы не было.

Маг-целитель появлялся несколько раз в день.

Он приносил различные отвары и порошки высушенных трав, заставлял выпивать все до капли, проверял еду, составлял рацион. Вокруг словно забыли, что Анна сама – врач и в состоянии позаботиться о себе и ребенке. Это раздражало куда меньше, чем удушающая забота. Анна была готова принимать её в таком количестве только от одного инкуба во всей Эстрайе. Но именно он не торопился ей на помощь.

И она устроила бунт. Тайный, незаметный. И нашла союзника.