Свет упавшей звезды

Какой-то непонятный салат. Кувшин с водой, наливать которую полагалось не в чашку, а в глубокую плошку. И в придачу, вместо вилки мне выдали деревянные палочки.

Азия? Я все-таки в Азии? Но где? Или это все же ролевики изгаляются? Надо выяснить!

Дверь оказалась заперта. За ней мужчина и женщина переговаривались все на том же, непонятном языке. Я постучала. Голоса смолкли, но никто не подошел.

Придется ночевать в заключении. Хорошо еще, кормят!

Но то, что мне принесли, оказалось несъедобным. От первого же глотка супа в глазах потемнело, а по внутренностям словно живой огонь пробежал.

Перец! Хорошо, что ложка оказалась не такой, как я привыкла. Грубо вырезанная из дерева, и почти плоская, так что зачерпнуть много не получилось. Это меня и спасло.

Я осторожно попробовала салат. То же самое. Съедобным оказался только рис, но его забыли посолить. И все же это была еда.

Есть рассыпчатый рис палочками я даже и не пыталась. Зато ложка подошла прекрасно.

Но, несмотря на пресный рис, пожар во рту не утихал.

А запить как следует я побоялась – кто знает, на сколько меня здесь заперли? Поэтому сделала лишь несколько глотков, дала немного собакам и устроилась на ночлег.

Выспаться не получилось. Жесткий пол оказался не лучше голой земли, в мешках шуршали мыши, а еще меня разбудили на рассвете. Этому, честно говоря, я обрадовалась, все равно снились кошмары.

Женщина проводила меня к колодцу и вручила кусок мягкой от частых стирок ткани. Я с удовольствием напилась и ополоснула лицо и руки.

Собаки приплясывали в нетерпении – им тоже пить хотелось.

В этот раз меня кормили на улице. В тени деревьев стоял низкий помост, застеленный циновкой. На ней стояли плошки, миски и мисочки.

Подошел Ёншин. Он явно выспался, в отличии от меня. Улыбался, по крайней мере, вполне довольно. За ним шли оба вчерашних знакомца. Уселись прямо на помост, поджав ноги, и принялись за трапезу.

Женщина толкнула меня в спину, указывая на знакомый маленький столик.

Он стоял на земле, а рядом лежала циновка. В этот раз из еды был один рис, зато много. Я честно разделила его с собаками. Не мясо, но кто знает, смогут ли они сегодня поохотиться?

Ёншин внимательно наблюдал. От его взгляда свербило затылок и чесалась спина, но спрятаться я не могла. Он что-то сказал, мужчины ответили смехом. Зато женщина принесла еще риса – и мне, и собакам. Им «накрыли» рядом со мной, заменив миски капустными листьями.