В руках Ирбиса

– Мне было достаточно шампуня. – Виктор улыбнулся по-доброму, совсем не глядя на меня как на ненормальную.

– Знаю. – Единственное что он произнёс, продолжая улыбаться.

Когда девушка уложила мои покупки в пакет, на стойку легла увесистая пачка денег. Понятно, что не просто так ради моей приходи открыли магазин и вызвали сотрудницу, но моментально стало не по себе, насколько дорого это обошлось.

Обратно ехали молча. Я крепко держала в руках бумажный пакет. Мне хотелось спросить, почему Виктор исполнил мой каприз, но боялась, что ответ мне не понравится.

Ещё страннее было то, что мы поехали вдвоём. Неужели Виктор настолько уверен, что пока он рядом со мной, Ирбис не посмеет что-то предпринять. И на этой мысли я скомкала края пакета, зажмурившись. А вдруг он уже не может ничего предпринимать. Вдруг Виктор выполнил своё обещание и… Нет. Такое просто невозможно. Что бы сын не сделал Виктор не мог сделать то, что говорил.

– Болит? – Послышался аккуратный вопрос. Я перевела взгляд на Виктора, сосредоточенного на мне.

– Что? – Переспросила на всякий случай, могла прослушать если он что-то ещё говорил.

– Что-то болит? Может остановиться? Или в больницу. Ты бледная.

– Не надо. Всё нормально.

– Боишься меня? – Очень осторожно, мягким тоном, с нотами подозрений в голосе.

– Нет.

Повода бояться Виктора у меня нет. От него я приму всё, что он решит. Из всех нас Виктор единственный имеет право наказать меня. А ещё он имеет право на правду, которая скорее всего умрёт вместе со мной.

– Правильно делаешь. – Кивнул сам себе, начав поглаживать руль, избавляясь от напряжения в теле.

– Сколько людей знает обо всём? – Мысли в голове скакали с одной на другую, поэтому я спрашивала первое, что прокручивалось в голове в данный момент.

– Немного.

– Клим, Стелла, Анастасия Сергеевна, кто ещё?

– Серый и Белый. Больше никто. Они не будут тебя расспрашивать или напоминать.

– А ты?

Виктор свернул на прилегающую дорогу, и остановился на небольшой площадке.

Я сразу поняла, что он хочет видеть моё лицо, когда будет говорить, наблюдать за реакцией, а я упрямо уставилась в лобовое стекло.

– Ты всегда будешь помнить чей я отец. Это невозможно изменить. Как бы не было больно, если когда-нибудь будешь готова рассказать мне всё, я выслушаю. Хотя и так знаю подробности, от которых моментально холодеет кровь, видел твою медкарту.

– Это он привёз меня в больницу.

– Не надо его оправдывать.