Марш оловянных солдатиков

Из камышей высунул голову водяной, облепленный тёмными лохмотьями тины. Бедняга задыхался и отплёвывался. Кое-как прокашлявшись, он устремился к берегу, разгребая воду руками. Выполз на низкий заболоченный берег и, шатаясь, поднялся на ноги.

Существо было небольшого роста, с прилипшими к голове волосами. Его довольно тщедушное туловище было облечено в позеленевшую от водорослей мокрую пижаму. Это был не кто иной, как Руслан Раевский собственной персоной. Впрочем, в таком виде его бы и родная мама не узнала.

Тряся головой и стирая зелёные клочья с ушей, водяной, словно намагниченный, побрёл вдоль берега. Он плёлся в сторону адской махины, свалившейся с неба.

Сногсшибательное появление летающей адской конструкции потревожило не только русалок, рыб и лягушек. Капрал Огюст Руже, командир отряда французских фуражиров, в очередном письме своей невесте сообщал об этом инциденте следующее: «Наше купание было внезапно прервано чудовищным агрегатом, упавшим на наши головы с внезапно разверзшихся небес».

Откомандированные начальством за кормом для армейских лошадей, французы несколько часов безрезультатно пропылили по ухабистым российским дорогам от селения к селению. Селения были пустынны, селяне растворились, как мираж в знойном воздухе Московии.

А их ещё пугали русскими холодами! Пекло стояло изрядное.

Раздобыть фураж, а попросту говоря – сено, им пока так и не удалось. Утомлённый безрезультатным блужданием, отряд устроил привал на берегу реки.

Французы, раздевшись до подштанников, полезли в воду. Расстёгнутые заскорузлыми пальцами мундиры обнажили белые животы и спины.

Доблестные вояки уже были отмечены почётным солдатским загаром. Загар этот делает лица, шеи и кисти рук кирпично-красными, а далее по телу обычно не распространяется – очевидно, в строгом соответствии с военным регламентом.

Купальщики брызгались и плескались с видимым наслаждением. Они смеялись, ухали и отчаянно гримасничали, окатывая водой свои волосатые торсы.

Падение с неба диковинного агрегата повергло храбрых солдат императора в закономерное, но не предусмотренное уставом волнение.

Не умевший плавать рядовой Бийяр едва не захлебнулся неожиданно мощной волной. Другой рядовой, суеверный Плате, был обнаружен его товарищами много позже, в изрядном отдалении от места крушения. Он казался насмерть перепуганным и держал головастика в зубах.