Марш оловянных солдатиков

Прочие выскочили из воды и по-обезьяньи ловко вскарабкались на противоположный от бивака крутой берег. Сильно жестикулируя и крича, они ещё долго не решались приблизиться к месту падения подозрительного пиротехнического сооружения.

Меж тем никем в суматохе не замеченный водяной дотащился до французского бивака.

Над опустевшей отмелью вился дымок. Торчали вверх штыками ружья, приставленные к кривой сучковатой рогатине, вбитой в землю. Кучками лежала амуниция, валялись солдатские мундиры и обувь.

Мундирами водяной заинтересовался.

Приложил к своему тщедушному туловищу один, потом другой. Он явно хотел приодеться! Но не тут-то было. Все они были сшиты полковым портным в расчёте на широкие мужские плечи. Нет, велики, не годятся. Солдатские пожитки полетели обратно на речной песок.

Рядом стояла телега с пустой упряжью. Лошадь отсутствовала – выпущенная пастись, она, очевидно, поддалась общему волнению и сбежала.

Водяной явно был голоден. В поисках еды он опрокинул котелок – из него потекла вода, заливая и без того еле трепыхавшееся пламя костерка.

Зашипели тлеющие головешки.

Вдруг в тени телеги что-то зашевелилось, и оттуда выставилась по-мальчишески узкая рука. Обладатель руки, похоже, спал непробудным сном. Во сне он лопотал что-то по-французски.

– Сдавайтесь! Сдавайтесь! – донеслось из-под телеги довольно разборчиво.

Водяной, сунувшийся было под телегу, вздрогнул и замер.

Послышался лёгкий храп. Водяной вздохнул с облегчением. Потом снова насторожился: спящий повернулся на бок и высунул вторую руку.

Через минуту руки эти были крепко связаны, а на водяного из-под телеги испуганно уставилось заспанное мальчишеское лицо. Обитатель речных глубин, выставив вперёд ружьё, на чистом французском велел парню вылезти.

Критически осмотрев пленного, который ростом был всего на полголовы выше, он тонким срывающимся голосом скомандовал тоже по-французски:

– Снимай штаны и башмаки!

Француз в недоумении потряс связанными спереди руками, потом выразительно повертел бёдрами.

Однажды на ярмарке он видел трюк с раздеванием: заезжий иллюзионист ухитрялся раздеться до подштанников с завязанными руками. Однако сам парень так не умел.

– Тьфу ты! Вот зараза! – выругался водяной на местном диалекте, глядя на пантомиму потерявшего дар речи французика. – Давай-давай, ногами работай! Всё равно не развяжу!

Пришлось раздеваться. Под прицелом ружья французу удалось проделать это не хуже фокусника.