Тридцать четыре ёжки для Кощея. Книга вторая. В погоне за женихом

Дверь в кабинет с шумом распахнулась и в кабинет ворвалась Савина.

– О Божечки, там такое!!! –  прямо с порога воскликнула подруга.

Растерянно всплеснув руками, она приложила ладони к раскрасневшимся щекам.

Глава 3

– Что стряслось?! – бросилась я к ней.

Глядя мне за плечо, подруга молча указала пальцем на окно. Мы с Зиги одновременно подскочили к подоконнику.

А там… там, за окном, сидя в сундуке и браво размахивая метлой, над двором летал хранитель. Я растерянно похлопала глазами. Кто бы мог подумать, Евражка и в самом деле управлял сундуком.

Сундуком?!

– Ого! Мой  сундук летает?!

Взглянув на ошарашенного Зиги, оглянулась на стоявшую позади Савину. Ее плечи нервно подрагивали, а губы норовили растянуться в улыбке. Никогда до этого не видела, чтобы подруга выглядела испуганной, и одновременно с тем еле сдерживалась, готовая в любой момент расхохотаться.

А там, между прочим, было на что посмотреть.

Глядя на лихо рассекающего в сундуке хранителя, можно было подумать, что он сроднился с ним, как и с лентяйкой в его руках-веточках.

Почему лентяйкой? Так метла, на пару с сундуком, обладала тем еще характером. Говоришь лететь в одну сторону, а эта строптивица пока не покрасуется, сделав в воздухе пару кульбитов, не отправится в нужном направлении.

Но вот в «руках» хранителя – сама кротость. Вон, ему на радость, для пущего разгоняющего эффекта воинственно растопырила  свои прутики!

При резких поворотах по поверхности сундука скользили солнечные блики. Резные узоры (древние, наверное, как сама бабушка Акулина) яркими пятнами переливались в свете дня.

– Хорошо летят, – оценила я, сожалея, что сама до этого не додумалась, и рассеянно кончиками пальцев постучала по подоконнику.

– Высший пилотаж, – в голосе друга звучала похвала. – Хранитель смог договориться со строптивцами.

Одобрительный тон Зиги совсем не понравился Савине.

– Вы восхищаетесь этим…этим… зеленым?

Из кабинета Зигуриуса отлично просматривался внутренний дворик, и сквозь приоткрытые окна до нас доносились крики перепуганных Ежек.

Я не могла налюбоваться гостьями. Норовя спрятаться, перепрыгивая на бегу через колючие розовые кусты, растущие вокруг замка, они громко поминали меня крепким словцом. Да как витиевато, что прямо гордость за себя брала. Лишь единицы догадались воспользоваться дверью для прислуги и укрыться в замке.

Конечно, большинство Ежек застревало, цепляясь подолами за ветки, но от этого веселье было только сильнее.