Везет как рыжей

– А если в воздухе зависнет? – съязвил муж.

– Тогда Тоха.

Я принесла специальную гадальную монетку – дореволюционный серебряный двугривенный, найденный лично мной в студенческие времена на археологических раскопках, каковыми вполне можно было считать сбор скудного урожая на колхозном картофельном поле.

Колян размашисто подбросил монету вверх, металлический кружочек попал точно в одинокую лампочку, и она шумно разбилась. Осколки стекла посыпались вниз вместе с монетой.

– Ой! – вскрикнула Ирка.

– Спокойно, – сказал Колян.

– Там где-то монета, ты ее не выметай, – предупредила я. – Мы еще не выяснили, кто идет за покупками!

– Монеты там нет, она тут, у меня на голове, – подала голос Ирка.

– Почему – на голове? – удивилась я.

– Потому что на нее упала!

– И не отскочила?

– Отскочила, но я ее поймала и снова на голову положила.

– Зачем?!

– Чтобы шишки не было!

– Зря, стало быть, подбрасывали, – раздосадованно сказал Колян, сметая с пола стеклянный мусор.

– А ну-ка, дай сюда голову! – Я потянула Ирку в освещенную прихожую. – Так, судя по ссадине, монета упала на ребро!

– Значит, тебе идти! – радостно заметил Колян.

Я не стала спорить, быстро собралась и вышла из квартиры, оставив дверь слегка приоткрытой: Тоха любит посидеть на порожке, осматривая и обоняя окрестности. Дальше лестничной площадки он обычно не уходит, поэтому против таких прогулок я не возражаю.

– За Тохой приглядывайте! – с этими словами я ушла.

– Иди сюда, киска, – сказал Пончик, пряча изящную Маргариту Сильфиду за пазуху.

Машину он припарковал у самого подъезда, дверь в дверь. Старушки на лавочке, конечно, выразили недовольство, но Сева обезоружил их улыбкой и вежливым приветствием: выйдя из машины, он чинно поклонился бабушкам, прижав руку к сердцу, в районе которого под курткой шевелилась Маргарита Сильфида.

– Культурный, – одобрительно сказала добродушная баба Таня из квартиры номер семь, безмятежно лузгая семечки.

– Че ему у нас надо-ть, культурному? – проворчала баба Вера из второй, не отрываясь от вязания. – Венька, поди-тко сюды!

Шестилетний Венька оторвал испачканные песком руки от серебристого значка Севиного «Мерседеса» и послушно протянул бабушке ногу в спортивном ботинке. Старушка сопоставила объемы недовязанного носка и щиколотки внука, кивнула и снова зашевелила спицами.