Плакаты

Дед молчал, они сидели и пили вместе, пока у Рафика не возникла потребность излить душу незнакомцу.

– Знаешь, дед, я же полное ничтожество, – начал Рафик, – я никогда не учился, и диплом врача мне отец купил. Только за телками и бегаю всю жизнь. После обретения нашей республикой независимости, отцу достался контрольный пакет акций нефтедобывающего завода.  Деньги мне давал всегда. У меня же в Москве машина была клевая  – как я по Кутузовскому проспекту гонял, все девки были готовы юбки задрать ради одной поездки со мной.

– И что произошло в Москве? – спросил старичок.

– Не учился я, занятия прогуливал. Врач я никакой, я даже санитаром работать не могу, – пьяные слезы потекли из глаз Рафика, – ногу я мужику здоровую отрезал, – продолжил Рафик, – в больнице работал в Красноуфимске, тяжелых случаев не было и мне просто везло. А месяц назад мужика привезли после аварии. Ноги были разбиты. Одну спасти можно было, а я ее отрезал – перепутал…

– За все в жизни, рано или поздно, приходит расплата, – задумчиво ответил старик.

 – Каждому придется платить за свои поступки. Никто не уйдет безнаказанным. Даже если вырубит весь лес вокруг своего дома, построит ров и поставит кучу солдат. Никто не спасется.

Голос старика звучал сталью. Рафик даже протрезвел.

– Ты хочешь искупить свою вину? Если искупишь, твой пациент поправится и сможет ходить. Ему сохранят ногу, – сказал старик. – Тот, кто не осознает свои преступления, будет до конца дней жизни бояться, вести себя как параноик, и после смерти вечно гореть в аду.

Но мы даем шанс искупления ошибок, и этот единственный шанс – лабиринт. Мы предлагаем лабиринт только тем, кто осознал вину. Ты осознал. Я чувствовал, что после бегства из больницы, ты скоро позовешь меня. Прошел всего лишь месяц, и ты сломался, осознав свою бездарную жизнь. Хочешь искупления грехов?

Рафик смотрел протрезвевшими глазами на старика и видел только его глаза, черные, глубокие, густые.

Они кивнул головой и произнес: «Да, я не смогу с этим жить. Виски не помогает забыться. Давай лабиринт, дед!». Рафик отчасти прикалывался – что за лабиринт, что за дед?  Однако жить со своими грехами он точно уже больше не мог – тошнило от самого себя.

Не веря происходящему, и списывая все на виски, Рафик утонул в глазах старика.

Очнувшись, он увидел, что находится в темном коридоре.