В костюме голой королевы

Такая динамичная скульптура была бы уместна на парковой аллее, в одном ряду с «Юным барабанщиком» и «Горнистом». Пламенную Люсинду как будто приморозило на полном ходу в светлое будущее.

Ольга Пална проследила за застывшим взглядом подружки и тоже остановилась.

«Сочи встречает Международный форум «Мир и спорт» под председательством принца Монако Альбера Второго!» – радостно информировал плакат на стене.

– Принц Монако, – прошептала Люсинда, неотрывно глядя на портрет бравого мужчины в мундире с ватной грудью и множеством сверкающих орденов.

– О нет, – беспомощно сказала Ольга Пална, ощущая, как электризуется атмосфера.

В голосе Люсинды отчетливо звучали отдаленные еще громовые раскаты:

– Альбер-р-р Втор-р-рой!

– Это не тот принц! Он женат! – напомнила Оля, уже понимая, что все бесполезно.

– Подумаешь! – Люсинда наконец отмерла и махнула рукой. – Генрих Восьмой женился шесть раз, а Альбер мой чем хуже?

Она послала принцу на плакате сочный воздушный поцелуй и мечтательно сказала:

– Люсинда, принцесса Монако! Звучит, а? Все, Романчикова, шагом марш, вперед, труба зовет, военная кампания проясняется!

В лифте по пути на свои небеса Ольга Пална размышляла, как бы уговорить Люсинду отложить составление стратегических и тактических планов кампании по завоеванию принца хотя бы до завтра, если уж не до следующей жизни.

Внутренний голос подсказывал ей, что единственный действенный способ заключается в том, чтобы привести главного стратега и тактика в бессознательное состояние и продержать в таковом всю ночь до самого утра.

Оля всерьез прикидывала, как это сделать.

Внутренний голос настойчиво рекомендовал снотворное в спиртовом растворе.

Снотворное у Оли было, но моральные принципы тоже имелись. Она колебалась.

Гудение лифта и болтовня Люсинды размышлениям робкой злоумышленницы не мешали, а вот трели телефона в номере заставили ее напрячься.

– А ну, перестань трястись! – прикрикнула на подружку Люсинда, заметив, что у той задрожали руки.

Трубку тоже сняла Люсинда.

Оля выжидательно уставилась на нее большими глазами.

– Не Димка! – немного послушав, громким шепотом сообщила ей подружка и закивала, соглашаясь с кем-то в трубке. – Да, хорошо, проводите ее, мы ждем.

– Кого это мы ждем? – еще не успокоившись, сварливо спросила Оля.

Единственным, кого очень ждала она сама, в настоящее время был бог сновидений Морфей.