Возлюбленная Лунного Ветра

Одно из застарелых пятен на плаще покрылось светлым пушком. Я капнула на него немного своей крови, затем бесовской. Пятно сверкнуло, затем собралось в комочек и превратилось в небольшой переливающийся шарик. Я обрадовано хлопнула в ладоши, затем кликнула матушку.

– Что случилось, Рейна? – встревожено спросила она, видимо, гадая, что я на этот раз удумала.

– Да ничего, – улыбнулась я, – закрой глаза.

Я подвела матушку поближе и положила её ладонь на шарик. Она вскрикнула, а колдовство с шипением вонзилось в ладонь и расползлось по коже прежде, чем она смогла понять, что произошло.

Спустя мгновение ладонь её была совершенно чистой.

– Рейна, что ты опять затеяла?

А я лишь хлопала ресницами, глядя, как матушка меняется на глазах. Как исчезают морщинки, седые волосинки, а платье начинает провисать на вмиг постройневших бёдрах. Нет, матушка не была пышкой, однако одежду её всё же придётся перешивать. И как всегда, не вовремя. Интересно, что она скажет, когда поймёт, что ей совершенно нечего надеть к торжеству?

И что скажет отец? Я как-то о нём вообще не подумала.

Если честно, я и не ожидала, что будет такой эффект. Думала, морщинки разгладятся, и всё…

– Эй, что тут…? – Флоризель замерла на пороге с открытым ртом, однако, как мне показалось, увиденное её совсем не обрадовало. Она как-то странно посмотрела на матушку, потом на меня, затем вошла в комнату и встала позади.

– Мама, там тебя Зельда заждалась, – капризно сказала она, – а вы тут… красуетесь.

– Иду, – буркнула матушка, – а с тобой, дочка, потом поговорим.

– Ага, – пообещала я, а когда за ней затворилась дверь, подмигнула сестре, – ну как тебе моё колдовство?

– Глупое! Всё тебе неймётся, Рейна.

– Может быть, – согласилась я, – но вышло неплохо.

– Дура!

– Ну с чего ты так злишься?

Я покачала головой, отошла к кровати и стала сворачивать плащ. Теперь уж точно хватит с меня всякого колдовства.

Хотя, с другой стороны, за колдовством меня больше не посещали грустные мысли о замужестве с небесным.

Увлёкшись собственными мыслями, я повернулась спиной к Флоризель, и вдруг почувствовала жгучую боль во всём теле – будто огрели кипятком. Я стиснула зубы, чтобы не завопить, и обернулась.

На лице сестры играла противная ухмылка, а я всё не могла понять, что же произошло. Она опять превратила меня в какую-нибудь страшилку? Глупая мерзавка.