Чернокнижники выбирают блондинок

Правда, мать ругалась, что отец купил на ярмарке не плотную материю, а полупрозрачный тюль. Мол, безобразие полное. Ничего не скроет, что в доме происходит. Все в окна глазеть будут.

По всей видимости, она-таки нашла этой ткани достойное применение.

– Ельга? – удивленно пробасил отец. – Что ты тут делаешь? И почему ты… такая?

– Какая такая? – огрызнулась мать, прижавшись спиной к двери. Слепо зашарила позади рукой, должно быть, собираясь улизнуть.

– Заперто, дорогуша, – злорадно проговорил сверху Хорг.

 – Да не просто так, а я еще чарами припечатал. Уж больно любопытно, что дальше будет.

Как ни странно, но мать не испугалась чудного создания, но глянула на него с таким гневом, что мне невольно стало не по себе.

– Ух, нечисть крылатая! – отчетливо буркнула она себе под нос.

– Чем обязан честью? – прохладно поинтересовался Дреган, глядя на мою мать.

А вот Раус уже был около нее. Брат со злостью рванул с себя легкую куртку и набросил на мать, прикрыв ее почти обнаженные прелести.

– А жаль, – вновь не удержался от соблазна прокомментировать все происходящее Хорг. – Грудь у дамочки аппетитная. Даром что двоих детишек выкормила. Насколько я понимаю, это мать столь славного семейства пожаловала.

– Да, пожаловала, – с достоинством подтвердила мать и коротким кивком поблагодарила Рауса. – Я пришла осведомиться о судьбе моей дочери.

– Но почему в таком виде? – простонал несчастный отец, продолжая держаться за левую сторону груди.

 – Ельга, во имя всех богов, только не говори, что собиралась охмурить этого хмыря!

– Вот за хмыря я могу и обидеться, – холодно отозвался Дреган.

После чего одним стремительным движением пересек комнату. Я аж приоткрыла рот от изумления – настолько быстро и незаметно это у него вышло. Только что он стоял тут – и вдруг уже подле дивана.

Дреган опустился на колени перед диваном, рванул на груди моего отца рубаху.

– Не надо, – слабо запротестовал тот. – Что вы делаете?

– Спасаю вам жизнь, – огрызнулся Дреган.

Положил ладонь на обнаженную кожу. Именно напротив того места, где, по моим представлениям, должно было находиться сердце.

Отец откинул голову на спинку дивана, больше не в силах возражать. Прикрыл глаза.

Я с тревогой наблюдала за этой картиной. А ведь батюшка действительно выглядит так себе. Аж посерел лицом, на лбу выступила обильная испарина, губы побледнели, а из груди вырывался какой-то сиплый хрип.