Игра в прятки

Или хочешь сказать, что не размышляла этим утром, какую безделушку, доставшуюся от родителей, продать в первую очередь, чтобы покрыть ежемесячный платеж по банковским обязательствам? Согласись, мой визит оказался на редкость своевременным и удачным для тебя.

– Если мои дела пойдут совсем худо, то я всегда могу покинуть Итаррию, – чуть слышно возразила я, сама не веря в то, что говорю.

– Ну-ну, – многозначительно обронил Себастьян. – Хотел бы я посмотреть на твою попытку пересечь границу.

Я насупилась, уловив в его голосе неприкрытую угрозу.

Мол, твои родители выскользнули из моих рук, но тебе-то так точно не повезет. Впрочем, буквально сразу Себастьян широко заулыбался, не желая продолжать разговор в прежнем тоне.

– Хватит, Беатрикс, – попросил он. – Право слово, я пришел сюда не ругаться. Если тебе станет легче, то разрешаю назвать меня Сёбой – и успокоиться на этом. Поверь, подобной чести не удостаивался даже король.

– Тогда чем я обязана вашему позднему визиту? – уже спокойнее произнесла я, при этом не делая ни малейшей попытки воспользоваться любезным разрешением Себастьяна перейти на более личное общение.

Пожалуй, все же не стоит его злить. И без того сегодня уже изрядно отличилась.

– Мне нужна твоя помощь, – честно признался он. – И я готов щедро заплатить за нее. Твое сегодняшнее гадание… В общем, оно поразило меня до глубины души. Я думаю, что тебе под силу справиться с моим поручением.

– Желаете узнать, кто отправил вам кольцо? – предположила я.

– Да. – Себастьян кивнул.

 – Как ты, без сомнения, уже догадалась, оно принадлежало очень дорогому для меня человеку. Беда в другом. Я был уверен, что… В общем, это послание оказалось для меня вестью из мира мертвых. И это не преувеличение. До сегодняшнего дня я готов был поклясться, что Аделина…

Себастьян вдруг поперхнулся, словно простое имя встало камнем поперек его горла. С приглушенным полувздохом-полустоном принялся массировать виски, будто страдая от головной боли.

Я в свою очередь беззвучно хмыкнула.

Аделина. Вот, значит, как звали возлюбленную Себастьяна. Но я не понимаю. Альберт говорил, будто ради ее спасения Себастьян вызвал самого бога мертвых. А сам блондин утверждает, что Аделина мертва. Неужели тогда он потерпел поражение? Но если это так, то при чем тут сердечная рана, на которую намекал король?

– Я хочу, чтобы ты поехала в ее родовое поместье, – наконец твердо проговорил Себастьян, справившись с секундной слабостью, и непреклонно взглянул на меня.