Тридцать три несчастья и немного везения

Я схватилась за перила, поскольку иначе вряд ли удержалась бы на ногах. Перед глазами опасно сгустилась темная пелена надвигающегося обморока.

– Виер Норберг! – прошипела, изо всех сил стараясь остаться по эту сторону реальности. – Не забывайтесь! Это…

– Это возмутительно, – равнодушно завершил за меня фразу Норберг, и все неприятные ощущения тут же исчезли, словно просто почудились.

От накатившего облегчения я аж задохнулась. Несколько секунд просто стояла, наслаждаясь отсутствием боли. После чего с негодованием сжала кулаки и выпрямилась, исподлобья уставившись на Норберга.

Тот безмятежно улыбнулся, будто не видел в своем поступке ничего странного или возмутительного.

– Простите, виера, – все-таки извинился он, правда, сделал это таким тоном, в котором не чувствовалось и нотки сожаления или раскаяния. – Но я должен был проверить, на что способна ваша побрякушка.

– И как? – не удержалась от проявления закономерного любопытства.

– Вы ведь знаете ответ. – Норберг вдруг с досадой цокнул языком.

Глубоко вздохнул и холодно обронил: – Сколько раз я говорил, что жалею о своей глупости, совершенной несколько лет назад? Но если вам это приятно слышать, то готов повторить вновь. Вы должны были обучаться именно на моем факультете. Поверьте, это избавило бы и меня, и вас от множества проблем.

Последняя фраза прозвучала как-то странно, и я опять поежилась. Чувствовалась в словах затаенная угроза. Пожалуй, мой первый порыв трусливо сбежать был не настолько уж и глуп.

Как-то не радовала меня перспектива вести такие опасные беседы. Особенно один на один, когда никто не придет на помощь.

«И никто не узнает, где могилка моя», – вдруг на редкость заунывно и противно прозвучал в голове отрывок некогда услышанной песни.

Тьфу! Я мысленно сплюнула и раздраженно покачала головой. Стоит признать очевидный, хоть и весьма печальный для меня факт: общение с Норбергом крайне неблагоприятно отражается на моем психическом здоровье. Ну вот что такого особенного он сказал? Да ничего в принципе.

Даже угрожать не угрожал. А я уже навоображала себе всяческих ужасов.

– Неужели вы приехали в Хельон лишь для того, чтобы в очередной раз напомнить мне об этом? – с нервным смешком осведомилась я.

– Не только, – загадочно отозвался Норберг. Помолчал немного, видимо любуясь моим озадаченно вытянувшимся лицом, после чего добавил: – Виера Алекса, вы, наверное, помните, что я чрезвычайно прагматичный и рациональный человек.