Родовой артефакт. Хранительница

А так ей удалось придать этому мельтешению видимость порядка. Как опытный руководитель, дама Ориса понимала: если не можешь справиться, лучше возглавить и придать стихийному порыву нужную тебе форму.

Александр вздохнул и вспомнил свои обязанности лорда:

– Позвольте представить мою жену, леди Элорию Эрриа, новую хранительницу и хозяйку поместья.

Подведя меня к уже названной женщине, он официально представил:

– Элория, это в будущем твоя главная помощница наша экономка дама Ориса Шарлоу.

Представленная экономка окинула меня взглядом, который я сразу узнала.

Очень часто, работая в домах магов или аристократов, натыкалась на такую же смесь презрения и недоумения от привилегированных слуг. Им было не ясно, чем я заслужила особое положение, почему держусь со всеми без подобострастия. Обычно за этим следовали тонкие или не очень попытки указать моё истинное место.

Я словно вижу себя её глазами: человечка с заурядной внешностью, простолюдинка, даже не маг. Но почему-то вместо того, чтобы окончательно смутиться, мне становится смешно, возвращается уверенность.

В конце концов, я не жаждала стать леди Эрриа, и раз мне пришлось смириться с этим браком, то и всем придётся принять случившееся.

Мой ответный взгляд говорит именно об этом, и женщина быстро прячет свои чувства за показной невозмутимостью.

– Дама Ориса, представьте леди Элории слуг.

В голосе обычно ледяного супруга прорываются нотки нетерпения. Ему явно хочется как можно скорее бежать куда-то дальше. Его взгляд всё время возвращается к лестнице на второй этаж.

И, кажется, я сейчас увижу, к кому так стремится мой муж. Сверху доносится быстрый топот, но из-за перил лестничного изгиба вначале видна лишь белая макушка торопливо спускающегося ребёнка. Он достигает последнего пролёта и резко останавливается в центре лестницы, хорошо видный нам.

Это мальчик по человеческим меркам семи – девяти лет, светловолосый, как все Эрриа. Лёгкая растрёпанность, помятая одежда и отпечаток пуговиц на щеке говорят, что он только что проснулся, услышав голоса из холла.

Мальчик напряжённо вглядывается в стоящих внизу людей, вначале ища кого-то глазами, а потом расцветает, увидев Александра. Он похожна пружинку, но явно пытается принять спокойный вид. Я даже догадываюсь, кто для него образец в этом непростом для ребёнка деле.

– Леони! – никогда голос мужа не звучал так ласково.

– Папа!

Мальчик засиял солнышком и стремительно рванулся к отцу, также нетерпеливо уже шедшему навстречу.