Родовой артефакт. Хранительница

Живописная красота клумб и альпийских горок отзывалась в сердце нежной болью, как особенно звонкие и чистые ноты. В совершенстве парка чувствовались волны времени, обкатавшие его, как морской камень, убирая лишнее, выявляя суть руками нескольких поколений садовников.

За разглядыванием парка я и не заметила, как подошла к мраморному крыльцу. Элида бросила нас и в нетерпении взлетела к дверям. Я же двумя руками вцепилась в мужа, опасаясь растянуться на гладких ступенях.

Вот уже и крепкая дубовая дверь, перед которой затормозила бег нетерпеливая Элида.

Оглядываясь на нас, она подняла руку к зловещей морде, украшавшей тёмное дерево и заменяющей звонок. Но не успела её коснуться, как дверь распахнулась, и смотрящая в этот момент на нас Элида довольно решительно стукнула по лбу пожилого мужчину, стоявшего на пороге.

Похоже, у незнакомца нервы были крепкие и, не подавая виду, что что-то пошло не так, он склонил голову и произнёс:

– Милорд, леди, рады видеть вас дома!

Элида, смущённо хихикая, проскользнула мимо него, говоря:

– Прости меня, Томмисон!

На что тот только благодушно усмехнулся, бросив пристальный взгляд на её руку, и отступил в сторону, освобождая дорогу нам.

Я поняла, что его волнует: есть ли у Элиды на пальце злополучное кольцо. Что он подумал, не увидев артефакт, понять было невозможно. Этот дарг умел «держать лицо».

Я немного замешкалась, вопросительно взглянув на мужа. Но то ли в Закрытом Королевстве нет такого обычая, как вносить на руках в новый дом молодую жену, то ли Александр не считал меня настоящей новобрачной, и через порог пришлось переступать самой.

Войдя в просторный ярко освещённый холл, я попала под прицел любопытных взглядов. Чувствую себя ужасно неловко, шагая в коридоре встречающих нас людей. Впрочем, нет, не людей. Все слуги в доме вполне ожидаемо дарги. Как и все представители расы, они очень красивы. На их фоне мои комплексы начинают расцветать пышным цветом.

– Дама Ориса, к чему такой пафос? – с ноткой неудовольствия произнёс муж.

 – Вполне можно было отложить официальное представление на завтра.

Стоящая во главе шеренги высокая статная женщина с гордо поднятой головой, слегка склонилась перед ним, ничего не отвечая. Чувствовалось, что у неё своё мнение по данному вопросу.

Может быть, в чём-то она и права. Наверняка все обитатели дома умирали от любопытства, желая поскорее увидеть, на ком женился хозяин, и в любом случае толпились бы в холле.