Память плоти. Психологический детектив

СоложЕницын на зря ел свой хлеб: Лидия понимала, что только чудеса дипломатии помогли организовать этот визит, и не стала выпендриваться: дома так дома.

Еще одно симпатичное событие. Араелян заглянул к ней за пять минут перед обедом. Мелочь, а приятно: Иннокентий мог позвонить, но он пришел сам, чтобы сообщить, что в списке тестируемых на ДНК по неизвестным причинам отсутствует один сотрудник клиники: санитар Валерий Лобков. Лидия подписала постановление на получение ДНК и вообще на задержание Лобкова. Она хорошо запомнила санитара: объяснение могло быть только одно: он стремительно бежал, поэтому его имя исчезло из списков.

А это делало его ключевым подозреваемым.

Кеша явно не хотел уходить, и, поскольку из всего мужского рода именно он для Лидии был минимально неприятным, она позвала его на обед в служебную столовку. Правда, разговор их во время обеда крутился исключительно вокруг служебных дел, но именно поэтому этот разговор делал их обоих настолько счастливыми, что Ниночка Молодых, которая наблюдала за ними исподтишка из угла столовой, серьезно задумалась: не только у нее были столь сближающие отношения с боссом, «эта старуха» тоже явно претендовала на внимание ее обожаемого Араеляна.

Наконец, самым ценным, самым счастливым, самым обнадеживающим в событиях последних дней жизни Лидии Воронкиной было грамотное устранение Неприятного типа, который посмел критиковать ее перед друзьями, выставить дурой перед подозреваемыми и… больше ничего не приходило в голову Лидии, но она улыбалась больше обычного, представляя Вадима в тесной служебке во время многочасового, да что там! – многодневного просмотра записей с камер.

«Пять месяцев – это сто пятьдесят суток, три тысячи шестьсот часов». Воронкина радовалась, что больше не увидит Вадима Ялова никогда: или он будет просматривать пленки до скончания века, или уволится. «Отличное решение!»

Тем сильнее было потрясение, которое она испытала, когда на следующий день спустилась в служебный гараж. Дядя Петя, классный водитель, за которого «дрались» все следователи, выкатил новенький «Форд», Лидия села на переднее сиденье в надежде подремать по дороге до подмосковной резиденции Терлецких, как вдруг на заднем сиденье уселся Неприятный тип с вечно виноватым и одновременно наглым выражением лица.

На возмущенный взгляд Лидии он пробормотал:

– Согласовано. Поехали.

Дядя Петя стартовал, пока слегка обалдевшая от подобной наглости, Воронкина пыталась восстановить перехваченное гневом дыхание.