Легенда о Золотом Лотосе

Золотые кольца, украшавшие мочки его ушей, весело звякнули и заискрились на солнце.

– Скажу тебе один раз и больше никогда не буду повторять это снова! Давным-давно, еще до того, как твой папаша стал конунгом Хаттхаллы, мы пережили с ним немало приключений. Да… Но я никогда бы не стал называть Торкела своим другом! Так и знай! Поэтому не смей подумать хоть на миг, что я ему чем-то обязан! Я взял тебя на свой корабль только потому, что твой отец оказался на удивление щедр. Вместе с тобой я получил приличное вознаграждение и очень выгодные условия договора.

Согласно этому соглашению, я имею полное право не цацкаться с тобой, как с королевским отпрыском. Ты будешь жить на корабле, как и все остальные, без каких-либо привилегий и служить на равных с остальными моряками, невзирая на возраст. Уяснил?

Олсандр кивнул.

– За непослушание – я нещадно бью кнутом! За неуклюжесть, нерасторопность, разгильдяйство, расточительность, ругань, поломку моего имущества, споры, вранье, обжорство, досужую болтовню – я бью кнутом! За воровство, предательство и заговоры против меня – виселица! Уяснил?

Мальчик снова кивнул.

Детберт круто развернулся на пятках, пошатнулся, осторожно ступил на крутую лестницу, ведущую в трюм, и быстро спустился вниз. Олсандр поспешил за ним следом.

Внизу корабль делился на три отсека. В центральной его части сидели гребцы, в хвосте в подвешенных под потолком сетях для ловли рыбы спали моряки. С наступлением сумерек они должны были сменить команду, работающую днем.

В носу парусника располагалась настоящая кухня.

Здесь было довольно тесно, не так чисто, как на верхней палубе. Стоял густой запах чего-то кислого, мужского пота, рыбы, протухших потрохов, подгнивших досок и легкого дымка. Однако, несмотря на это, мальчик и душой, и телом ощутил тепло и уют.

– Нано, песий хвост! – рявкнул Детберт. – Это Олсандр! Сделай мне из него толкового моряка! И как можно быстрей!

Никто из спящих не откликнулся, а Бешеный уже направился прочь, совершенно позабыв о мальчишке.

– Нано! Дружище! Поздравляю от всей души! – громко расхохоталась чья-то лысая голова, мерно раскачивающаяся в сетях у самого входа. – Тебя назначили нянькой!

– Заткнись, Сид! – беззлобно ответил ему мягкий, тихий голос.

В свете бортового продуха мелькнула тень, и перед новичком бесшумно предстал его будущий наставник.

Нано (на одном из южных диалектов Ритта, это слово означало «малыш») совсем не соответствовал своему прозвищу.