Развращай и властвуй!

А ещё, больше не хотела потакать и жалеть, тем более что это был не он, а его обиженное эго, гордость, амбиции мужчины, которому предпочли другого.

– Ничего не говори, я не знаю кто это… и это не в первый раз, он сниться мне уже несколько раз я просыпалась от ужаса, но сегодня…

– Да что сегодня? Что? Объясни мне, почему я нашёл тебя в таком состоянии без одежды и ты…. Ты была….

Она повернулась и смотрела на него, видела насколько он зол, а ещё увидела, что он говорил, брезгливо кривясь, так, словно только что поймал на измене.

Девушка и сама чувствовала себя не лучше, но это был привкус немного другого характера: ей казалось, что ею пользовались против воли, но объяснять, разбираться со своим внутренним миром сейчас было не время. Человек, который казалось, раньше всегда понимал её, сейчас был словно в чёрных очках, ничего не видел и не слышал. Инстинктивно просто отбивала его атаку, ни больше, ни меньше.

– Почему ты так говоришь со мной. Это был сон. Это мне приснилось – она смотрела на него и не понимала, вернее, понимала, но …это был абсурд… её обвиняют в том, что ей приснился сон определённого характера.

В первую очередь она сама хотела разобраться, что же происходит. Этот сон был очень реальным. Он нёс такой огромный эмоциональный заряд, казалось, на коже остались следы от рук, и в ушах звучал шёпот, возбуждающий сознание и что самое важное та реальность, которая ворвалась в настоящую жизнь начала менять её. Да чернила уже так плотно перемешивались с её нынешней жизнью, что начали отравлять её разрушая.

– Никогда ещё, за время нашего знакомства, я не видел тебя в таком возбуждении – он смотрел на неё как на человека, которого он практически не знает и… презирает.

– Дэвид, ты что? О чем ты говоришь, мы 5 лет вместе. Это сон просто сон, это выкрутасы мозга может быть я переела. Может быть, я пересмотрела сериал все что угодно – Софи понимала, что это нечто другое, но объяснять Дэвиду про параллельные реальности, прошлые жизни и все такое, она сейчас не очень-то хотела, она все понимала, но… не ему, и не сейчас.

Он в свою очередь смотрел на неё и понимал, наверное, впервые в жизни, чётко осознавал, что теряет. Его сказочное, милое, тёплое сокровище уплывало из рук. Он чувствовал, уже давно, что не понимает много в ней, но из последних сил цеплялся. Она словно была не из его мира, её было так много, хватало на всех. И такое чёткое осознание потери, словно кинжал в спину, да он понимал, но не принимал, не хотел мириться с этим.