Гвидово поле. Хроники Паэтты. Книга V

– То, о чём он и говорил тебе, – невольно смущаясь, ответил Давин. – Он хочет взять тебя в жёны.

– Но зачем?..

– Он сказал, что ты нравишься ему. И кстати, он поклялся, что не причинит тебе зла, – Давин взглянул ей прямо в глаза, взглядом довершая мысль, которую не смел произнести вслух, тем более при стоящем рядом Увилле.

– Он хочет забрать мой домен! – звенящим от злости или от страха голосом воскликнул вдруг мальчик.

– Увилл, – тяжело вздохнув, заговорил Давин. – Я хочу говорить с тобой сейчас не как с ребёнком, а как с лордом домена.

Готов ли ты выслушать, не перебивая?

– Готов… – стиснув кулачки, кивнул тот.

– Послушай, Увилл, то, что я сейчас скажу, мне и самому ужасно не нравится, но правда такова, что Дафф действительно может это сделать. Члены Стола поддержали его затею, тем более что в подобных браках нет ничего необычного. Лорды не рискнут начать войну в центральных доменах лишь для того, чтобы сохранить власть шестилетнего мальчика. Ты обещал не перебивать! – предостерёг Давин, заметив, что Увилл дёрнулся.

Как ни пытался лорд домена Колиона сдержать слёзы, но он всё же был ребёнком, шестилетним мальчиком, как только что сказал Давин. Поэтому он расплакался, но не истерично, как плачут дети, а тихо, сквозь стиснутые зубы и крепко зажмуренные глаза. И он промолчал, как и обещал. Олтендейл скрипнул зубами – это разрывало ему сердце. Однако он должен был продолжать.

– Сила любого лорда прежде всего в его вассалах, – заставляя себя не отводить взгляда от несчастного мальчика, вновь заговорил Давин.

 – Но и тут у меня неважные новости для тебя, Увилл. Вассальное право зиждется на том, что сеньор – не только повелитель, но и, в первую очередь, защитник своих людей. А твои вассалы, сынок, не верят в то, что ты способен их защитить. Многие из них втянуты в приграничные дрязги и боятся, что в нужный момент их сюзерен не сумеет помочь. Мне тяжело говорить это, Увилл, но я должен сказать. Твои вассалы не явятся на твой зов, если на земли домена придёт войско Даффа.

– Значит, меня некому защитить?.. – теперь уже Увилл плакал в голос, его сотрясала дрожь.

– Я защищу тебя, мой любимый! – также рыдая, бросилась к сыну мать, обнимая его так, словно пыталась закрыть собою от всего враждебного мира.

– И я защищу тебя, сын, – надтреснутым голосом добавил Давин. – Я заменю тебе отца и никому не дозволю тронуть тебя хоть пальцем! Но ты должен понять – я не могу развязать войну с Даффом.